€ 76.29
$ 70.95
Дешевый способ признания: что стоит за инфляцией должностей

Дешевый способ признания: что стоит за инфляцией должностей

Авторы журнала The Economist рассуждают о том, как престижными названиями маскируется непрестижная реальность

Лидерство
Кадр из фильма "Фото за час"

Заходя в незнакомый офис для встречи с кем-то из его сотрудников, почти наверняка вы подходите к человеку, сидящему за большой стойкой, полагая, что это администратор. Но в некоторых учреждениях вас за стойкой ждет некто гораздо более важный – лобби-амбассадор.

Если это показалось вам абсурдом, выдохните. Многие компании теперь нанимают «режиссера первых впечатлений», в обязанности которого входит приветствие всех посетителей у стойки в вестибюле офиса – почти то же самое, что делает администратор. В Hudson Yards, многофункциональном комплексе в центре Манхэттена, объявления о найме сообщают кандидатам на эту роль, что они должны, отвечая на вопросы посетителей, «формировать опыт». Если вы думаете, что спрашиваете о том, где находится туалетная комната – на самом деле вы получаете опыт общения с амбассадором бренда.

У инфляции должностей вполне понятные причины. Когда денег недостаточно, пышное название – это дешевый способ признать чьи-то усилия. Более того, престижно звучащая должность – это не просто красивая безделушка: она может добавить привлекательности на общем рынке труда. Если должность непрестижна, ее переименование способно уменьшить стигматизацию и сигнализировать о том, что работодатель относится к ней серьезно. А если она направлена вовне, то более звучное имя может стимулировать  клиентов к большему взаимодействию.

Однако инфляция должностей вызывает и проблемы. Результаты могут быть забавными. «Менеджеры по уборке» должны быть одержимы уборкой, а «художникам по сэндвичам» не обязательно увлекаться искусством. Но как только инфляция становится привычной, ее трудно остановить. Если лобби-амбассадор находится в отпуске, в вестибюле вас, вероятно, встретит уже лобби-министр. А вместо похоронщиков – режиссеры последних впечатлений.

Стоимость раздутых названий быстро обесценивается. Старший вице-президент – это руководитель среднего звена, помощник вице-президента три года назад окончил университет, а помощник помощника вице-президента только что выучил алфавит. Необходимо добавлять всё больше и больше слов, обозначающих старшинство. «Старший исполнительный вице-президент» – этого названия не существовало бы, если бы не масса стоящих ниже вице-президентов. Чтобы выделиться из толпы, приходится придумывать нелепости – главный евангелист, директор по рассказыванию историй, главный специалист по способности к инновациям.

Но комичность и путаница не самые большие проблемы. Если должность одного человека назвать более престижно, это легко может вызвать недовольство среди других членов команды. А приукрашенные названия вакансий способны отрицательно сказаться на найме. Анализ рекрутирования технических специалистов, проведенный софт-разработчиком Datapeople, показал сокращение среди соискателей доли женщин по мере того, как названия должностей становятся «круче». Пышные наименования вакансий способны оттолкнуть хороших кандидатов.

Инфляция должностей чаще всего связана с определенными видами занятости. Но существует и менее заметный тип инфляции, стремящийся переименовать целые группы людей. К примеру, есть очень хороший термин для покупателя вещей – «потребитель». Но многим компаниям недостаточно просто брать с людей деньги. Они хотят серьезных отношений.

И вместо этого термина компании, не желая звучать слишком по-деловому, используют преувеличенную формулировку «гости». Но то, что может иметь смысл для посетителя Диснейленда, звучит очень странно, если вы стоите в очереди на кассу в розничном магазине – люди стараются покинуть ее как можно быстрее, а не остаться здесь на всю жизнь. «Участник» – еще одно фальшивое слово. Никто даже не спрашивает, откажется ли Amazon брать ежегодный взнос за бесплатную доставку, если «участник» вдруг подаст такую заявку.

Но хуже всего в этой категории выглядят определения, которые используют работодатели по отношению к наемным работникам. Называть их «коллегами» или «членами команды», а не «сотрудниками» или «персоналом» – обычная тактика. Люди, работающие в магазинах Walmart, известны как «партнеры». И бариста в Starbucks – тоже «партнеры», потому что, как сказано на сайте компании, «мы все партнеры в общем успехе». Технологические фирмы просто помешаны на манерном назывании своих сотрудников. После переименования одной из соцсетей было объявлено, что отныне ее сотрудники будут «друзьями» (metamates).

Цель, стоящая за подобными формулировками, понятна: создать ощущение общих усилий и замаскировать холодную реальность корпоративной иерархии. Но эту видимость гораздо легче поддерживать при хорошем течении дел. А когда та же соцсеть увольняет более 11 000 своих «друзей», это выглядит несколько не по-дружески. И Starbucks не желает, чтобы «партнеры» объединялись с кем-либо еще. Небольшая инфляция названия простительна. Но, как и в реальной жизни, она легко выходит из-под контроля.

Источник

Интересная статья? Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы получать больше познавательного контента и свежих идей.

Свежие материалы