€ 76.29
$ 70.95
Универсальное чувство справедливости: как мозг создает основу для правосудия

Универсальное чувство справедливости: как мозг создает основу для правосудия

Психолог Даниэль Шницер и юрист Карлтон Патрик рассказывают о том, почему среднестатистический человек может быть хорошим законотворцем

История Явления
Кадр из фильма "Эрин Брокович"

«Не убий», пожалуй, самый известный моральный запрет в обществах по всему миру.

Но откуда берется наше чувство справедливости?

На протяжении всей истории правосудие и законы, определяющие проступки, приписывались тому или иному богу. В последнее время правосудие связывают с моральными истинами, истолковываемыми судьями и другими экспертами в области права, а также с социальными нормами, которые в разных культурах отличаются.

Однако наше исследование вместо этого предполагает, что человеческое чувство справедливости и уголовные законы генерируются человеческим мозгом.

Проще говоря: то, что вы являетесь человеком, уже делает вас хорошим законотворцем, даже если вы никогда не учились в юридической школе. В значительной степени уголовные законы представляются конечным продуктом внутреннего чувства справедливости, которое является частью человеческой природы.

То, насколько универсальны эти интуитивные представления, мы изучали следующим образом.

Проверка чувства справедливости человеческого мозга

Человеческие конфликты варьируются от легких, когда, например, соседи не сходятся во мнении относительно громкости музыки, до серьезных, включая мошенничества, грабежи, изнасилования, убийства – то есть те, что составляют уголовное право.

Законы и судебные тяжбы становятся необходимы, когда вы с кем-то конфликтуете. Но ваш мозг бессознательно создает интуитивные представления о справедливости задолго до вашего появления в суде – еще в ситуации возможного конфликта. Люди, даже в детском возрасте, остро чувствуют, что является нарушением справедливости, и какое за это должно быть наказание.

Эти интуитивные представления о справедливости естественным образом есть у каждого. Они, как человеческие легкие или глаза, – часть человека.

Поэтому, вероятно, основу для официального и неофициального правосудия способен создать любой среднестатистический человеческий мозг. Если это так, то спрогнозируем, что люди, не имеющие юридического образования, могут благодаря своему чувству справедливости стать хорошими законодателями. Кроме того, неспециалисты способны интуитивно воссоздавать ключевые характеристики реальных уголовных законов из совершенно незнакомых им культур.

Чтобы проверить эти предположения, мы провели исследование, показав участникам различные правонарушения, взятые из действующих уголовных кодексов, и не показав наказания, предусмотренные за них законом.

Некоторые из представленных правонарушений относились к современному обществу с хорошо знакомой культурой и были взяты из Раздела 18 Сводного Устава Пенсильвании. Другие же были действительно древними и культурно чуждыми. Некоторые участники оценивали правонарушения из Законов Эшнунны, месопотамского кодекса возрастом 3800 лет – одного из древнейших человеческих сводов законов. Другие участники рассматривали правонарушения из китайского Танского кодекса возрастом 1400 лет.

Эти архаичные законы более всего подходят для путешествий во времени. Они, подобно окаменелостям, запечатлели юридическую мысль древних законодателей.

Приведем примеры, как выглядели некоторые из предложенных участникам правонарушений Эшнунны: выкалывание глаз другому человеку, мошеннический захват лодки и неумение контролировать своего агрессивного быка, который в итоге убил раба. Таковы были преступления в древнем месопотамском обществе.

Несмотря на огромные культурные различия между древним городом-государством Эшнунна и современными обществами, если чувство справедливости и право зарождаются в человеческом мозге, то царь, издавший законы Эшнунны, и участники исследования могут мыслить сходным образом.

Далее мы предложили участникам оценить каждое из рассмотренных ими правонарушений. Одних просили представить себя законодателями и установить штрафы, которых по закону заслуживает каждый проступок. Других – предложить тюремные сроки за каждое правонарушение. Чтобы убедиться в том, что участники не использовали профессиональные представления, мы исключили из анализа тех, кто учился в юридической школе.

В итоге и царь Эшнунны, и участники нашего исследования продемонстрировали действительно сходное чувство справедливости. Чем больше участников оценивало древнее правонарушение как серьезное, тем значительнее было фактическое наказание, предусмотренное за него законом.

Соответствие между интуицией участников и древними законами было не идеальным, но существенным. Это говорит о том, что люди имеют общее чувство справедливости, и современные люди могут воссоздать суть уголовных законов тех обществ, которые существовали тысячи лет назад.

Влияние культуры на чувство справедливости

Общее чувство справедливости, которое является частью человеческой природы, не отрицает культурных различий.

Рассмотрим танское преступление: «Все случаи, когда господин убивает раба, не совершившего преступления, наказываются одним годом каторжных работ (примечание: возможен откуп в виде уплаты 20 медных цяней)». Танский кодекс считает это правонарушение относительно легким – например, «избиение и убийство человека в драке» наказывалось Танским кодексом удушением или штрафом в 120 медных цяней. Участники исследования наоборот сочли «убийство раба, не совершившего правонарушения», очень серьезным проступком.

И все же интуитивные реакции участников в целом соответствовали мерам, предусмотренным древними уголовными кодексами. Например, участники согласились с законодателями династии Тан в том, что избиение и убийство человека в драке является более серьезным преступлением, чем ставки на товары и изделия в азартных играх.

Для нас это сочетание межкультурных различий и сходств означает, что мозг, генерирующий чувство справедливости, сочетает универсальные принципы с открытыми параметрами, заполняемыми локальной информацией. Универсальные принципы способны объяснить, почему участники обычно сходились во взглядах с королем Эшнунны и законодателями эпохи Тан. Открытые параметры могут объяснить культурные различия.

Эволюционные корни чувства справедливости

Конфликт – эволюционно древний феномен. Организмы, в том числе животные, могут посягать на других, например, охотясь на них. Поэтому естественный отбор наделил организмы средствами, помогающими им решать конфликты в свою пользу: клыками, рогами, нейротоксическими ядами. Эти защиты и «вооружения» полезны. Наши предки жили в мире без полиции, и если они хотели выживать и процветать, им приходилось самим быть полицией.

Но человеческий конфликт специфичен. Благодаря своей изобретательности и способности к сотрудничеству люди производят огромное количество товаров и услуг, которые могут становиться объектами посягательства – обмана, грабежа, подделки, присвоения и уничтожения. Поэтому поле человеческих конфликтов необъятно.

Физическая сила способна помочь в человеческом конфликте, но ключевую роль играет мозг. Люди живут в информационно насыщенном мире, где важно знать точно, какой вред причиняется вам, если кто-либо делает что-либо против вас. Точная оценка проступков позволяет жертвам требовать или назначать наказание, которое, как в сказке о Златовласке, является соответствующим: оно не слишком мало, чтобы преступник, не испугавшись его, повторно совершил преступление, и не слишком велико, чтобы преступник не мстил жертве. У наших человеческих предков не было написанных законов, позволяющих оценивать степень тяжести проступка, поэтому им приходилось делать это своей головой.

Механизмы мозга, оценивающие правонарушения, по-видимому, являются частью человеческой природы – и одинаковы для всех времен и территорий, где жили люди. Конечно, правосудие и уголовные законы в разных культурах отличны. Например, в Спарте юридически не оценивались угоны автомобилей, потому что 2500 лет назад их не было. В обществах, где нет письменности, соответственно отсутствуют уголовные законы, зафиксированные письменно.

И всё же человеческое чувство справедливости кажется фундаментально схожим в пространстве и времени. И повсюду уголовные законы могут быть сформированы чувством справедливости и универсальными механизмами оценки проступков – подобно тому, как универсальные механизмы восприятия вкуса порождают разнообразные национальные кухни.

Источник

Интересная статья? Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы получать больше познавательного контента и свежих идей.

Свежие материалы