€ 90.94
$ 76.19
Дэниел Грэм: Ваш мозг — не компьютер

Дэниел Грэм: Ваш мозг — не компьютер

Профессор психологии Колледжей Хобарта и Уильяма Смита призывает перестать сравнивать мозг с вычислительными машинами

Будущее
Иллюстрация: Elexoma Medic

Скорее всего, недавно, а может быть даже сегодня вы использовали одну из этих фраз:

«Мне нужна перезагрузка».
«Я копаюсь в своей памяти».
«Мой мозг нуждается в обновлении».
«У меня сбой в системе».
«Я завис».

Используя эту лексику, мы сравниваем мозг с компьютером. Мне интересно, как компьютерная аналогия в отношении работы мозга влияет на нашу повседневную жизнь.

Мы по умолчанию предполагаем — сознательно или нет — что работа мозга аналогична тому, как устроен компьютер. В какой-то степени это оправдано, поскольку человеческий мозг действительно совершает какие-то вычисления при выполнении некоторых задач. Компьютерная аналогия руководила нейробиологией более полувека. Это помогло сделать важные открытия о фундаментальных процессах работы мозга, например о том, как происходит визуальное восприятие.

Но сейчас мы достигли момента, когда польза от этого подхода снижается. Компьютерная аналогия сбивает нас с толку. Мы оказались в ловушке этой логики, из-за чего построение моделей работы мозга становится все более непоследовательным. Но недостатки подхода имеют значение и для повседневной жизни.

Когда что-то идет не так в работе ноутбука, первая реакция большинства ИТ-специалистов — «попробуйте перезагрузить компьютер». Это клише не безосновательно: часто перезагрузка решает проблему. А когда проблемы компьютера слишком серьезны, полезным, но радикальным решением будет «стереть» память и повторно инициализировать машину.

И люди хотят такого же ловкого и эффективного метода для своей жизни. В середине XX века появился способ привести мозг-компьютер в чистое, безошибочное состояние — электросудорожная терапия (ЭСТ) или «электрошок». Сегодня эту процедуру регулярно характеризуют как своего рода жесткую «перезагрузку» разума. В редких и трудноизлечимых случаях депрессии и других состояний ЭСТ бывает эффективной. Но для подавляющего большинства людей она непригодна и бесполезна.

Не нужно стремиться и к более мягкой перезагрузке. Конечно, такие типы «перезагрузки», как отдых, совместное время с друзьями, физические упражнения, могут быть полезны для психического здоровья. Но при этом важно понимать, что эти действия успешны не за счет перезапуска мозга, а за счет его обогащения и того, что вы правильнее используете его. Резкий сброс невозможен — или нежелателен.

А как насчет «поиска в банках памяти»? Нейробиологам уже много лет известно, что человеческая память работает не так, как память компьютера. Наши знания о прошлых событиях включают сложные ассоциации между многими видами информации: всевозможные сенсорные данные (зрение, слух, обоняние, вкус и т. д.), физическое место, где произошло событие, выгода, которую мы тогда получили, и так далее. И каждый раз, когда мы что-то вспоминаем, это воспоминание меняется.

Если бы память компьютера работала таким образом, он был бы бесполезен. Вместо этого компьютеры используют полностью детерминированную и не допускающую потерь стратегию для хранения данных в фиксированном месте. Процессор компьютера извлекает ее и каждый раз с безупречной точностью помещает обратно в одно и то же место. Эта концепция, возможно, помогала на первоначальном этапе исследования человеческой памяти, но сегодня она устарела.

Но компьютерная аналогия не просто нецелесообразна, она также бесполезна. Понимая принцип работы памяти, человек может использовать ее реальные механизмы. Запоминание можно улучшить с помощью пространственной мнемоники или так называемого подхода «дворец памяти». Идея состоит в том, чтобы создать сеть ассоциаций между различными видами информации и связать ее с определенным географическим якорем, например, с различными частями дома, в котором вы выросли. На мой взгляд, эту сеть легче представить себе, как нечто похожее на интернет. В любом случае, всем полезно помнить, что наши воспоминания — и воспоминания других людей — изменчивы. Воспоминания не фиксируют прошлые события с полной точностью, какими бы яркими они ни казались.

Конечная точка сравнения работы мозга с компьютером — это идея, что мозг совместим с реальными гаджетами и может быть соответствующим образом модернизирован. Интерфейс мозг-компьютер — грандиозная мечта многих исследователей и руководителей бизнеса. Например, Илон Маск воплотил эту идею в компании Neuralink.

Мысль состоит в том, чтобы хирургическим путем устанавливать компьютерные порты в головы людей. Предполагается, что интерфейс сможет не только считывать вычисления мозга — например, «загружать» воспоминания — но также и передавать внешнюю стимуляцию от компьютеров к мозгу, тем самым улучшая мышление. Буквально на этой неделе партнер Маска, поп-музыкант Граймс, вызвался стать одним из первых подопытных кроликов, которому сделают такую операцию.

Всякому, кто задумывается о подобном вмешательстве, стоит напомнить о случае Фила Кеннеди, американского невролога и евангелиста мозгового интерфейса, которому вставили электронный имплантат в мозг в попытке создать такой интерфейс. Операцию пришлось провести в Белизе, потому что ни один нейрохирург США не согласился на нее. В течение нескольких недель после имплантации Кеннеди страдал от серьезной потери речи, а также испытывал проблемы с движением. История его испытаний изложена в увлекательной и душераздирающей статье Дэниела Энгбера в Wired в 2016 году:

Днем, когда действие анестезии закончилось, вошел нейрохирург, снял очки в металлической оправе и показал их перевязанному пациенту. «Как это называется?» — спросил он.
Фил Кеннеди мгновение пялился на очки. Затем его взгляд метнулся на потолок и телевизор. «Эээ… эээ… эй… эй, — забормотал он через некоторое время, -… эээ… эй… эй».

Цель Кеннеди была благородной и альтруистической: он хотел лучше понять, как человеческий мозг генерирует речь. Цели развить собственный разум он не преследовал. Но он руководствовался ошибочной компьютерной аналогией, которая подразумевает, что действия человеческого мозга можно напрямую прослушивать, считывать и улучшать. В конце концов он восстановил речь, но его эксперименты над собой не привели к лучшему пониманию работы мозга. Невероятно, но сегодня Кеннеди по-прежнему искренне верит в мозговые интерфейсы.

Помимо полного безрассудства неоправданных операций на головном мозге, существует множество других проблем с интерфейсами мозг-компьютер. Что произойдет, когда порт в мозге устареет? Жизненный цикл любой автономной цифровой технологии составляет, если повезет, десятилетие или два. То же самое, несомненно, будет относиться и к портам для мозга, и к программному обеспечению, которое им потребуется. Больше всего проблем возникнет, если устаревший порт будет расположен в важной части мозга, такой как двигательная или речевая область. Его удаление чревато серьезными и непоправимыми повреждениями. Отсоединенные электроды навсегда останутся в коре головного мозга Кеннеди и вполне могут принести негативные последствия в будущем. (Многие другие причины скептицизма в отношении интерфейсов мозг-компьютер и иных трансгуманистических инициатив описаны в беспристрастной, но в конечном итоге порицающей книге Марка О’Коннора «Искусственный интеллект и будущее человечества».)

Человеческий мозг нельзя обновить, как компьютер, потому что это не компьютер. Он — гораздо большее. Да, вычисления входят в число его многочисленных задач. Но я считаю, что эта аналогия больше не помогает нейробиологам, и пора всем остальным тоже перестать представлять себе мозг таким образом.

Источник

Интересная статья? Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы получать больше познавательного контента и свежих идей.

Свежие материалы