€ 98.61
$ 91.15
Между разумом и чувствами: нейробиология конфликта

Между разумом и чувствами: нейробиология конфликта

Социальный психолог Александр Дэнверс рассказывает, чем может быть полезно противостояние рассудка и эмоций

Саморазвитие
Иллюстрация: Waking Times

Философы и психологи уже давно утверждают, что разум и эмоции — это две отдельные, противоположные системы. В конце 1990-х годов исследовательская группа Антонио Дамасио обнаружила, что эмоции могут улучшить процесс принятия решений. В 2013 году исследователь Луис Пессоа опубликовал книгу, в которой исследует, как эмоции и разум взаимодействуют в мозге. Он объясняет, что эмоции захватывают внимание и «когнитивные ресурсы», которые могут помогать или мешать различным задачам.

Одной из самых глубоких тем в психологии и философии является конфликт между разумом и эмоциями. Он прослеживается во многих работах: от платоновской аналогии человеческого разума с колесницей, где разум — это возница, пытающийся обуздать лошадей, представляющих страсти, до современных теорий мышления, основанных на двойном процессе, как, например, в книге психолога Даниеля Канемана «Думай медленно… решай быстро» и работах нейробиолога Джозефа Леду, который писал о «коротком пути» для эмоциональной реакции и «длинной дороге» для более глубокой обработки информации в мозге.

Главная идея заключается в том, что разум и логика являются хорошими, надежными способами точно понять окружающий мир. Эмоции же, напротив, иррациональны и заставляют нас действовать слишком быстро и совершать ошибки в мышлении.

Именно эта ключевая дихотомия между эмоциями и разумом и привлекла меня в аспирантуру психологического факультета. Я считал, что большинство людей ожидают от других гораздо более рационального поведения, чем это есть на самом деле. Если мы хотим получить более точное представление о мотивах поведения, то должны смотреть не на заявленные, «логические» причины действий, а на эмоциональные переживания. Одной из ключевых теорий, вызвавших мой интерес к этой области, стала гипотеза соматических маркеров Антонио Дамасио. Вкратце суть теории заключается в том, что эмоциональные системы человека действительно необходимы для принятия правильных решений. Эмоциональные реакции, которые можно наблюдать в теле через такие вещи, как усиление симпатических реакций (например, изменение частоты сердечных сокращений, выделение пота на ладонях или кончиках пальцев), мотивируют нас на принятие определенного решения. В конечном итоге это позволяет нам перестать анализировать и просто сделать выбор.

Более того, тело иногда может воспринимать информацию, которую мы даже не осознаем. В классическом эксперименте Дамасио и его коллеги обнаружили, что когда люди играли в азартные игры, они начинали физиологически реагировать на выбор рискованных карт еще до того, как могли осознанно сформулировать, почему принимают те или иные решения. Люди с повреждением эмоциональных отделов мозга не получали таких ранних эмоциональных реакций на рискованный выбор, а также хуже определяли, какие комбинации являются рискованными и проигрышными. Это тот случай, когда эмоциональная реакция, казалось, помогала людям сделать лучший выбор. В ходе последующих исследований было установлено, что люди, обладающие наибольшей способностью замечать свои телесные ощущения (этот навык называется «интероцепция»), лучше использовали эмоции в азартных играх.

Не так давно мне в руки попалась книга «Когнитивно-эмоциональный мозг» Луиса Пессоа. Я покупал ее во время учебы в аспирантуре, но так и не дочитал. Пессоа — известный нейробиолог, в своих работах он исследует взаимодействие разума и эмоций в глубине нашего мозга. Я перечитал эту работу, теперь уже десятилетней давности, и мой интерес к взаимодействию разума и чувств вновь пробудился.

Первое, краткое замечание, которое я хотел бы сделать по поводу этой книги, касается идеи «двухтактной» модели эмоций и разума. Пессоа ищет способы понять, как мышление (или то, что современные исследователи называют исполнительной функцией или когнитивным контролем) изменяется под влиянием эмоций. Для этого он рассматривает несколько исследований (в том числе и проведенные им самим), посвященных сложным задачам на рассуждение и память, которые выполнялись с эмоциональной информацией или без нее. Например, в одном эксперименте нужно было запомнить изображение дома, отвлекаясь на другие изображения зданий, а в другом — запомнить нейтральное лицо, отвлекаясь на изображения испуганных лиц. Подобные исследования идеально подходят для создания конфликта, о котором философы и ученые говорят уже много поколений: эмоции против разума.

Некоторые из этих исследований показывают, что эмоциональная информация отвлекает сильнее, чем все остальное. Например, если вы пытаетесь что-то запомнить, а на экране появляется испуганное лицо, вашему мозгу приходится прилагать больше усилий, чтобы удержать нужный объект в памяти.

Однако есть и другие исследования, которые свидетельствуют о том, что эмоциональная связь с информацией действительно может облегчить работу. Когда вы пытаетесь запомнить испуганное лицо среди множества других, эмоциональный характер выражения может облегчить запоминание. В целом, эта картина свидетельствует о том, что эмоциональная информация лучше притягивает наше внимание, чем другие виды информации. Видеть, что человек чего-то боится, на базовом уровне кажется более важным, чем видеть одно знакомое здание среди множества других.

Пессоа утверждает, что под влиянием эмоций действуют различные аспекты внимательного мышления (то, что психологи называют исполнительным контролем). Например, мы можем считать, что мышление включает в себя такие навыки, как обновление информации, переключение внимания и остановка (или торможение) первой реакции. Подобные навыки, утверждает Пессоа, являются частью общего набора мыслительных ресурсов. Таким образом, наш навык «обновления информации» может быть использован только в ограниченном объеме в каждый момент времени. Когда мы видим эмоциональную информацию, она привлекает наше внимание, а также часть ограниченной информационной емкости для рассуждений. Мы автоматически чувствуем, что должны обработать эту эмоциональную информацию, даже если она просто отвлекает нас, и ее нужно игнорировать. Это может отвлечь когнитивные ресурсы от внимательного анализа, которым мы должны заниматься.

Рассказ о нейробиологических исследованиях разума и чувств ясно показывает, эмоции — это нечто особенное, важное и не всегда плохое. Что действительно важно, так это контекст. Чего мы хотим достичь? Если мы хотим просто запомнить сложную информацию, не заботясь об эмоциональном содержании, то да: эмоции отвлекают и затрудняют запоминание информации. Но в других задачах эмоции могут быть важным сигналом. Если информация, которую мы пытаемся запомнить, имеет эмоциональное содержание, то наша склонность обращать особое внимание на эмоции служит помощником. Например, в экспериментах Дамасио с азартными играми внимание к эмоциональной информации помогало людям играть лучше. 

В конечном счете, взгляд Пессоа на разум и чувства (познание и эмоции) — это попытка понять, как они интегрированы в мозге. Если мы вспомним платоновского рационального возницу, пытающегося управлять конями страсти, то стоит немного обновить метафору. Иногда нам нужно направить лошадей в сторону от опасности, но иногда лошади предупреждают нас о том, что рациональный ум упустил из виду.

Источник

Свежие материалы