€ 87.33
$ 77.08
Великий синхронизатор: почему влияние живой музыки так велико

Великий синхронизатор: почему влияние живой музыки так велико

Теоретик музыки Мариуш Козак разбирался, чем отличаются онлайн-выступления от того, что испытывают люди во время живых концертов

Образ жизни Саморазвитие
Фото: CARA__BURKE/Flickr

Несколько месяцев музыкальным фанатам приходилось слушать любимых исполнителей при помощи Zoom или веб-трансляций. Теперь живые выступления — от фестивалей вроде Lollapalooza до бродвейских мюзиклов — вернулись обратно.

Во время пандемии хиты артистов продолжали звучать в гостиных. Но есть что-то волшебное в том, чтобы слушать музыку в окружении других людей. Некоторые фанаты были так тронуты первыми за почти два года концертами, что плакали от радости.

Как теоретик музыки я всю свою карьеру пытался понять, что это за «волшебство». И, оказывается, для этого нужно воспринимать музыку как нечто большее, чем просто звуки, которые окутывают слушателя.

Музыка больше, чем общение

К музыке часто относятся как к сестре-близняшке языка. В то время как слова обычно передают идеи и знания, музыка делится эмоциями.

Согласно этой точке зрения, исполнители транслируют свои послания — музыку — аудитории. Слушатели декодируют их на основе собственного слухового восприятия, и именно так они интерпретируют эмоции, которые исполнители стремятся передать.

Но если бы эмоции передавала любая музыка, то онлайн-концерт не отличался бы от живого выступления. Ведь в обоих случаях аудитория слышит одни и те же мелодии, одни и те же гармонии и ритмы.

Так чего же нельзя увидеть на экране компьютера?

Если коротко, музыка — это гораздо больше, чем просто общение. Когда вы погружаетесь в музыку вживую, вместе с другими людьми, возникают сильные физические и эмоциональные связи.

«Взаимная настройка»

Без физического взаимодействия люди чувствуют себя плохо. Нам не удается достичь того, что философ Альфред Шютц назвал «взаимной настройкой», а пианист и профессор Гарвардского университета Виджей Айер описал как «совместное присутствие в моменте».

В книге «Enacting Musical Time» я отмечаю, что у времени есть определенная структура, выходящая за рамки простого факта того, что оно проходит. Конечно, оно может двигаться быстрее или медленнее. Но оно также может наполняться эмоциями: бывают времена мрачные, радостные, меланхоличные, полные жизни и так далее.

Когда мы переживаем течение времени в присутствии других людей, это порождает форму близости, в которой люди веселятся или скорбят вместе. Возможно, поэтому физическое дистанцирование и социальная изоляция, вызванные пандемией, так тяжело дались многим из нас — и почему те, чья жизнь перевернулась с ног на голову, признаются в тревожных изменениях восприятия времени.

Когда люди физически находятся рядом, взаимная настройка друг на друга генерирует телесные ритмы, благодаря которым мы чувствуем себя лучше и ощущаем большее чувство принадлежности. Одно исследование показало, что младенец, которого взрослый качает синхронно с собой под музыку, проявляют больше альтруизма по отношению к этому человеку, а по данным другого, близкие друзья часто синхронизируют движения, разговаривая или гуляя вместе.

Для возникновения этой синхронизации музыка не обязательна, но ритмы и удары облегчают ее и придают ей форму.

С одной стороны, музыка побуждает людей совершать определенные движения и жесты, пока они танцуют, хлопают в ладоши или просто кивают головой в такт. С другой стороны, она дает слушателям временную основу, подсказывая, как совершить эти движения и жесты, чтобы синхронизировать их с окружающими людьми.

Великий синхронизатор

Эмоциональное удовлетворение, которое вы получаете от прослушивания или просмотра музыки онлайн, в корне отличается от живого выступления как раз из-за приятного эффекта синхронизации с окружающими людьми. Лишь на концерте вы их видите и чувствуете.

Даже когда нет возможности действительно двигаться (например, на концерте классической музыки), вы ощущаете присутствие других людей, массу тел, которые проникают в ваш личный пузырь.

Музыка формирует эту людскую массу, придавая ей структуру, предлагая моменты напряжения и расслабления, дыхания, колебаний энергии — моменты, которые трансформируются в движение и жесты, как только люди настраиваются друг на друга.

Эта структура обычно передается с помощью звука, но различные музыкальные практики по всему миру дают понять, что этот опыт не ограничивается слуховым восприятием. Фактически, он включает в себя синхронизацию визуальных эффектов и человеческого прикосновения.

Например, в музыкальном сообществе глухих звук — лишь небольшая часть выражения. В опере Кристин Сун Ким — пьесе для глухих исполнителей — участники «поют», используя не руки, а мимические жесты и движения для передачи эмоций. По примеру строки «фа-ля-ля-ля-ля» в знаменитой рождественской песне «Deck the Halls», слова можно лишить их значения, чтобы остался только эмоциональный тон.

В некоторых культурах музыка концептуально не отличается от танца, ритуала или игры. Например, племя черноногих в Северной Америке использует одно и то же слово для обозначения сочетания музыки, танца и церемонии. А у пигмеев Баяка в Центральной Африке один и тот же термин используется для обозначения различных форм музыки, сотрудничества и игры.

Многие другие группы по всему миру относят общинные занятия к той же категории.

Все они используют в качестве маркеров времени обычный ритм — будь то погремушка из тыквы во время церемонии Суя Кахран Нгере или хлопки в ладоши группы девочек, поющих «Mary Mack dressed in black» — чтобы участники могли синхронизировать свои движения.

Не все эти практики можно считать настоящей «музыкой». Но можно назвать их в какой-то степени музыкальными. Все они учат людей взаимодействию, поддразнивая, направляя и даже побуждая их двигаться вместе.

Все как один. В едином моменте.

Источник

Свежие материалы