€ 103.92
$ 98.42
Достаточно богаты: почему счастливые скандинавы любят тяжелую музыку

Достаточно богаты: почему счастливые скандинавы любят тяжелую музыку

Журналист Тим Бринкхоф рассказывает о том, что больше определяет привязанность северных стран к хэви-металу – культура или экономика

Образ жизни
Фото: Sam Moghadam Khamseh/Unsplash

Скандинавские страны неизменно считаются самыми счастливыми в мире, и на это есть причины. Их общества отличаются однородностью, значительным уровнем доверия, высоким ВВП на душу населения, большой продолжительностью жизни и надежной инфраструктурой. Даже их тюрьмы, в которых упор делается на реабилитацию, а не наказание, и где заключенным разрешается готовить себе еду и выращивать собственные садики, выглядят довольно приятными.

Но о скандинавских странах есть и другая, менее известная статистика, которая, кажется, противоречит «счастливости» – это их пристрастие к хэви-металу. В ходе опроса, проведенного в 2016 году чешским лингвистом и математиком Якубом Марианом, выяснилось, что в то время как в Соединенных Штатах на каждый миллион жителей приходилось всего около 72 метал-групп, в Швеции их было более 428, а лидером стала Финляндия с показателем в 630. Более скромные цифры Исландии и Норвегии, где на миллион жителей приходится соответственно 341 и 299 метал-групп, в любом случае намного выше, чем в Соединенном Королевстве (69), исторической родине хэви-метала.

Почему хэви-метал так популярен в Скандинавии, ответить сложно и не в последнюю очередь из-за того, что этот чистый, умиротворенный и процветающий уголок Земли имеет мало общего с местом, где, как считается, жанр обрел свой голос, – грязными, перегруженными заводскими цехами послевоенного Бирмингема. На протяжении многих лет антропологи и историки музыки предлагали разные теории на этот счет, и наиболее убедительные из них приведены ниже.

Истоки скандинавского метала

Северный, или скандинавский, метал более мелодичен, чем его американские и британские «коллеги». Впервые он появился в 1980-х годах, и может быть разделен на поджанры, характерные для каждой страны. Шведский дэт-метал, представленный, например, группой Meshuggah (наиболее известна композициями Bleed и New Millenium Cyanide Christ), шумный и неистовый. Его глубокий и рычащий вокал резко контрастирует с более высоким и лиричным вокалом его «соседа» – норвежского блэк-метала, который представлен такими группами, как Mayhem (Falsified and Hated) и Emperor (I am the Black Wizards). Аналогичные сравнения можно провести между Финляндией, Данией и Исландией.

Некоторые считают, что хэви-метал стал популярен среди скандинавов, потому что позволяет дать волю чувствам, которые сложно выразить публично. Скандинавские общества известны своей интровертностью, они ценят конформизм, а не разнообразие, и предпочитают тишину пустой светской болтовне, которую в Швеции, например, называют dödprat, или «мертвый разговор». От людей ожидается, что они будут решать свои проблемы, не обременяя других, а настоящую дружбу, которой очень дорожат, так же очень сложно заслужить. В стране, где быть громким и неистовым означает быть грубым и раздражающим, возможность кричать на концерте, не опасаясь осуждения, выглядит очень освобождающей.

Вероятно, хэви-метал привлекает скандинавов и потому, что его резкие звуки и агрессивные образы напоминают об их предках-викингах. Скандинавский метал называют еще викинг-металом, и многие песни рассказывают или отсылают к знаменитым воинам-мореплавателям. К тому же состояние исступления, вызываемое этой музыкой, похоже на то, что песнопениями вызывали у себя викинги, готовясь к битве и стремясь устрашить врагов. Копнув глубже, Николас Селлхейм, специалист по скандинавской истории и культуре, утверждает, что эта музыка служит и для критики «стереотипных убеждений о жестокой экспансии викингов», в последние десятилетия широко распространившихся в зарубежных СМИ.

Другие известные теории указывают на историю местного язычества, еще одного важного элемента содержания и исполнения скандинавского метала. Мрачный характер жанра может быть связан с суровым климатом региона и полярной ночью (самые северные районы не видят солнечного света с ноября по январь), а его контркультурная и антиавторитарная позиция – ответом на постоянный контроль со стороны власти.

Согласно чуть более спорной, но не менее интересной теории, Скандинавия тяготеет к металу именно из-за своих высоких показателей счастья, а не вопреки им. Основная идея здесь в том, что счастливые страны используют несчастливую музыку как форму эскапизма, а несчастливые счастливую – как способ преодоления. Такая четкая дихотомия, хотя и привлекательна, но при тщательном анализе рассыпается. Например, в Мексике, контролируемой картелями, не только популярна веселая музыка банда, сальса и мариачи, но и полно душераздирающих баллад. Так же и в Скандинавии, хотя здесь огромное количество метал-групп, но она же и родина для iskelmä – это понятие, изначально относившееся к традиционной народной и танцевальной музыке, теперь обозначает легкое и позитивно заряженное поп-направление.

Иная точка зрения

Дополнить эти теории могут и другие данные. Кэмерон Дехарт, профессор философии Калифорнийского университета в Мерседе, утверждает, что глобальное распространение хэви-метала, в общих чертах обрисованное Якубом Марианом, в значительной степени можно объяснить богатством и демократией. Теоретик урбанистики Ричард Флорида и профессор экономики Шарлотта Мелландер обнаружили, что любовь страны к хэви-металу положительно коррелирует не только с ее экономическими результатами, но также и с уровнем креативности, предпринимательской активности и образования.

Сосредоточившись на богатстве, Дехарт пишет, что экономические и политические условия, определяющие «способность общества записывать и потреблять музыку», по-видимому, лучше предсказывают популярность хэви-метала, чем религиозность или самоудовлетворенность. Мелландер, преподающая в Международной бизнес-школе Йёнчёпинга (Швеция), объясняет избыток скандинавских метал-групп высококачественным (и обязательным) школьным обучением музыке, которое – как отметил Дехарт в своей статье – «породило поколение с музыкальными способностями, отвечающими техническим требованиям метала».

Эти соображения находят отклик и в книге Эдварда Бэнчса «Кричи для меня, Африка! Идентичность хэви-метала в постколониальной Африке», сходным образом опровергающей представление о том, что признание и известность хэви-метала зависят в первую очередь от культуры, а не от коммерции. «Реальность такова, какова экономика Африки, – сказал Бэнчс изданию NPR в ответ на вопрос о том, почему на континенте такая маленькая и недооцененная музыкальная сцена. – Играть в группе дорого. Получить доступ к хорошим инструментам непросто. Кроме того, электричество [необходимое для питания электрогитар, микрофонов и усилителей] в некоторых местах есть не всегда».

И с этой точки зрения выходит, что хэви-метал прижился в скандинавских странах не только потому, что имеет особую связь с их культурой, историей и климатом, но и потому, что эти страны достаточно богаты, чтобы поддерживать метал-сцену такого масштаба.

 

Источник

Интересная статья? Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы получать больше познавательного контента и свежих идей.

Свежие материалы