€ 61.30
$ 60.29
Дар сарказма: почему не стоит сердиться на язвительных подростков

Дар сарказма: почему не стоит сердиться на язвительных подростков

Журналист и писатель Дэвид Робсон рассказывает, чем полезно умение поддразнивать и улавливать иронию

Образ жизни Саморазвитие
Фото: Tracy A Jones/Flickr

Если я вам скажу, что сарказм — это один из самых мощных лингвистических инструментов, вы, скорее всего, скажете что-то вроде: ну да, конечно! А, может быть, просто подумаете, что я немного иронизирую.

Все мы помним колкое высказывание Оскара Уайльда о том, что «сарказм — это низшая форма остроумия», забывая при этом окончание знаменитой фразы: «но высшая форма интеллекта». Родители и учителя подростков, в частности, с трудом верят, что эти языковые каламбуры служат признаком гибкого и изобретательного ума.

Однако психологи и нейробиологи утверждают, что все именно так. Они обнаружили, что для сарказма мозгу приходится преодолевать множество препятствий, чтобы прийти к правильной интерпретации, и это требует куда больше умственных способностей, чем буквальные утверждения. И хотя его часто называют детской язвительностью, сарказм на самом деле говорит о зрелости, поскольку развивающемуся мозгу ребенка требуются годы, чтобы полностью понять и освоить его.

Умственные усилия окупаются. Сарказм позволяет приправить общение нюансами, смягчить удары оскорблений или добавить игривое поддразнивание к комплименту. Есть даже некоторые доказательства того, что он делает человека более креативным и помогает выплескивать негативные эмоции, когда мы чувствуем себя подавленными.

Психолингвист из Университета Калгари Пенни Пексман настолько убеждена в важности сарказма, что начала разрабатывать обучающие программы для тех, у кого чувство саркастической иронии недостаточно развито.

Детские шаги

Сложность сарказма помогают разгадать длинные траектории его развития в детстве — Пексман обнаружила это с помощью нескольких нахальных марионеток.

В ее исследовании ребенок наблюдает за героиней по имени Джейн, которая пытается нарисовать розу, но у нее выходит непонятная мазня. «Ты потрясающий художник», — говорит ей подружка Энн. Также в исследовании принимал участие персонаж по имени Сэм, который пропалывал огород и очень быстро заканчивал работу. «Ты ужасный садовник», — говорил его друг Боб.

Как правило, дети до пяти лет просто не в состоянии уловить сарказм в этих высказываниях и воспринимают их буквально. И даже после того, как они начинают понимать, что за этими словами есть какой-то скрытый смысл, им трудно интерпретировать нюансы. (Например, они думают, что это просто ложь.) Понимание сарказма приходит в последнюю очередь. «Оно развивается поздно — в среднем около девяти или десяти лет», — говорит Пексман.

Эта дуга развития, по-видимому, следует за появлением «теории разума» — способности ребенка понимать намерения другого человека — которая с возрастом становится все более сложной.

Среди других факторов — словарный запас и грамматика, способность улавливать тонкие голосовые сигналы, которые указывают на саркастический смысл, и понимание контекстов, в которых можно ожидать сарказма. Это приходит только с большим опытом социальных ситуаций. «Все эти кусочки ребенок должен собрать воедино, но, чтобы понять сарказм, ни одного из них не достаточно самого по себе», — говорит Пексман.

Ее последние исследования показали, что домашняя обстановка сильно влияет на понимание и использование сарказма ребенком. Если родители допускают сарказм, дети, скорее всего, сами разовьют эту способность.

«Примерно к четырем годам дети развивают способность воспринимать точку зрения другого человека и распознавать, что чужие убеждения отличаются от их собственных», — говорит Пексман. С сарказмом сложно, потому что ребенок должен понимать как реальные убеждения говорящего, так и то, как он рассчитывает быть интерпретированным — двухступенчатый процесс, на освоение которого ребенку требуется время. (Как правило, детям до семи лет трудно удерживать в голове две потенциально противоположные идеи.)

Многие дети овладевают этими сложными навыками к подростковому возрасту, и, вероятно, нас не должно удивлять, что им так нравится экспериментировать с саркастичными замечаниями и проверять их влияние на других людей.

Креативное выступление

Если вы все еще не уверены, что любовь подростка к сарказму — это веха, которую стоит отметить, взгляните на недавний эксперимент психолога из Ноттингемского университета в Великобритании Рут Филик. Его участники лежали в сканере фМРТ, читая различные сценарии привычных событий.

В некоторых случаях высказывания персонажей были слегка ироничными, например:

Бернис и Кейтлин подали заявку на курс психологии в одном из университетов США. Они пошли распечатывать свои заявки вместе. В принтере была только розовая бумага. Бернис сказала Кейтлин: «Очень официально!»

В других случаях те же слова использовались как саркастическая критика конкретного человека:

Бернис и Кейтлин подали заявку на курс психологии в одном из университетов США. Они пошли распечатывать свои заявки вместе. Кейтлин решила напечатать ее на розовой бумаге. Бернис сказала Кейтлин: «Очень официально!»

Оба типа иронии запустили «ментализирующую» сеть, задействованную в понимании убеждений и намерений других людей, что подчеркивает важность теории разума в интерпретации подобных двусмысленных заявлений.

Филик обнаружила, что сарказм также вызвал большую активность в семантических сетях, участвующих в общей лингвистической обработке, и в областях мозга, связанных с юмором, по сравнению с несаркастической иронией. Она считает это признаком сложности сарказма. «Сложнее понять убеждения другого человека, почему он так сказал и пытался ли он быть грубым или смешным».

Эта умственная тренировка ведет к неожиданным бонусам. Работая с коллегами из Гарвардского и Колумбийского университетов, Ли Хуан из бизнес-школы Insead в Фонтенбло показала, что выражение, получение или припоминание саркастических комментариев стимулирует творческое мышление.

Например, один из ее экспериментов включал «задачу со свечками», в которой участникам дарили свечу, пачку спичек и коробку гвоздей. Их задача — найти способ прикрепить свечу к стене, чтобы она могла гореть, не капая воском на пол. Правильный ответ — высыпать гвозди из коробки, прибить ее к стене, а затем поставить внутрь свечку — решение, которое придет на ум только в том случае, если вы готовы нешаблонно осмыслить функции каждого предмета.

Перед тем, как приступить к решению задачи, часть участников попросили вспомнить саркастическое общение, а другую часть — искренний или нейтральный обмен мнениями. Удивительно, но саркастические воспоминания увеличили вероятность успеха более чем вдвое — примерно с 30% до 60%.

Как форма юмора сарказм также помогает справиться с разочарованием и стрессом. «Это такой способ выпустить пар», — говорит Кэтрин Ротермич из Университета Восточной Каролины. Одно из ее недавних исследований показало, что депрессивные и тревожные люди чаще используют сарказм во время пандемии Covid-19, что может отражать этот механизм работы со стрессом.

Однако в целом основная мотивация сарказма лингвистическая — добавить красок сообщениям, которые мы передаем. «Это завеса поверхностного смысла над скрытым», — говорит Пексман. Это может быть легкое подтрунивание, и, если вы кого-то неявно критикуете, оно дает вам возможность правдоподобного отрицания, снижая риск ссоры.

Хотя эти исследования проводились со взрослыми, а не с подростками, кажется вероятным, что дети испытывают схожие ощущения при использовании сарказма и видят в нем полезный способ борьбы с негативными чувствами или трудными ситуациями.

Тренировки сарказма

Родители бывают шокированы, заметив, что их дети используют сарказм — для них это признак более взрослого цинизма, который не стыкуется с представлениями о детской невинности. Родители чувствуют себя особенно беспомощными с подростком, который использует его чуть ли не в каждом разговоре, как будто изо всех сил пытаясь выразить искренние эмоции.

Но нужно ли стыдить в этом подростков? Возможно, лучше рассматривать это как полезный для жизни навык? «Хорошо владеть этим навыком полезно, в особенности потому, что наша повседневная речь далеко не буквальна», — говорит Филик.

Пексман согласна — и именно по этой причине она начала искать способы обучать сарказму детей, которые плохо улавливают его нюансы. В результате появился сборник рассказов «Сидни становится саркастичным», в котором приводятся многочисленные примеры сарказма и объясняются причины его использования. Недавний эксперимент с 5–6-летними детьми показал, что тем из них, которые читали и обсуждали истории, было легче обнаружить саркастические высказывания в последующем тесте.

Учитывая плохую репутацию сарказма, мы все могли бы немного больше ценить его сложность и изощренность. Я не иронизирую, когда говорю, что это — в буквальном смысле — один из величайших даров языка.

Источник

Интересная статья? Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы получать больше познавательного контента и свежих идей.

Свежие материалы