€ 82.41
$ 71.03
Оставляйте рукотворные отпечатки: как обогнать алгоритмы в эпоху ИИ

Оставляйте рукотворные отпечатки: как обогнать алгоритмы в эпоху ИИ

Технологический колумнист The New York Times Кевин Руз вывел главное правило для человека в мире машин

Будущее
Фото: RissaVee/Flickr

Машины уже победили? Алгоритмы вышли за пределы научных лабораторий и стали влиять на многие аспекты жизни. Но вместо того, чтобы спорить о том, займут ли он наши рабочие места, стоит задуматься: что значит быть человеком в эпоху роботов? Такой подход предлагает технологический колумнист The New York Times Кевин Руз. В книге «Устойчивы к будущему» он предлагает сосредоточиться на навыках, доступных исключительно людям.

У Мицуру Каваи были все основания для паники. Шел 1966 год; восемнадцатилетний Каваи был младшим сотрудником завода Toyota в японской префектуре Айти. Последние три года он провел в Академии технических навыков Toyota, обучался ремеслу у Ками-сама (в переводе «божество») — так в Toyota называли мастеров, которые могли вручную изготовить любую деталь машины. Каваи хотел и сам когда-нибудь стать как Ками-сама и нашел себе работу в кузнечном цехе завода, где ежедневно тренировался: вытаскивал из горна раскаленные прутья, клал их на наковальню и, аккуратно орудуя молотком, превращал в детали коленчатого вала.

В сфере автомобильного производства был занят средний класс, работа считалась солидной, но постепенно складывалось впечатление, что этим рабочим местам грозит опасность. За несколько лет до того General Motors, в то время крупнейший мировой автопроизводитель, ввел в эксплуатацию первого в мире промышленного робота — четырехтысячефунтовую однорукую громадину под названием «Юнимейт». Он произвел сенсацию в мире поп-культуры и даже снялся в Tonight Show с Джонни Карсоном, ошеломив зрителей демонстрацией разнообразных трюков, на выполнение которых был запрограммирован: положил мяч для гольфа, куда ему велели, налил себе пива в стакан и подирижировал оркестром Tonight Show. Он привлек к себе внимание директоров автомобильных компаний со всего мира, в том числе руководства Toyota, увидевшего, что с его помощью можно увеличить объемы производства и снизить его стоимость.

Многие специалисты и профсоюзные лидеры пророчили безрадостное будущее работникам автозаводов и в целом рабочим всех мастей. Но Каваи призраков не боялся и не стал ни паниковать, ни подыскивать себе место в какой-нибудь другой отрасли, которой меньше грозила автоматизация. Вместо этого, как следует из его биографического очерка в Japan Times, он решил совершенствоваться в том, что по-японски называется моноцукури (и переводится как «делание», хотя ближайший эквивалент этого слова, вероятно, «мастерство»).

За несколько лет Каваи развил у себя безошибочное внутреннее чутье в том, что касалось едва уловимых нюансов автопроизводства. Он мог взглянуть на сбоившую машину и только по звуку и испускаемому запаху определить, что с ней не так. Мог точно угадать температуру расплавленного чугуна по оттенку красного. И особенно хорошо ему удавалось разглядеть, в чём люди превосходят роботов. Однажды он, например, заметил изъян на ходовой части одного из автомобилей Toyota, возникший из-за технических ограничений робота, который сваривал друг с другом крупные металлические детали. Каваи знал, что опытный сварщик-человек сработал бы чище. И убедил руководство вернуть эту операцию в ведение людей, благодаря чему ходовая часть машины стала прочнее, а покупатели — довольнее.

Ситуация, в которой оказался Мицуру Каваи в 1966 году, когда был восемнадцатилетним рабочим автозавода, мало чем отличается от той, с которой столкнулись сегодня миллионы образованных работников умственного труда. По понятным причинам мы беспокоимся, что роботы вот-вот отнимут у нас работу и мы станем никому не нужными. И ищем то, что надолго обеспечит нам преимущество.

Один из выходов — конечно, стараться выделиться своим упорным трудом. В последние годы, с расцветом «культуры спешки», эта стратегия становится всё популярнее. Повсюду в соцсетях авторитетные люди и бизнес-гуру распространяются о ценности продуктивности и непрекращающихся, неустанных усилий. Они публикуют для торопыжек вдохновляющие мемы в Twitter, LinkedIn и Instagram с такими слоганами, как «Вставай и вкалывай» или «Слава богу, сегодня понедельник». Они обмениваются лайфхаками и избавляют себя от излишних мыслительных усилий, надевая каждый день одну и ту же одежду и съедая одно и то же в каждый прием пищи.

Культура спешки имеет длинную историю. В конце XVIII и начале XIX века бывший сталелитейщик Фредерик Уинслоу Тейлор предложил идею «научного менеджмента», захватившую американские деловые круги. Он считал, что большинство работ можно разбить на стандартные задачи умеренного объема и процесс выполнения этих задач можно со временем отточить до совершенства, избавившись от любых проявлений неэффективности и добившись, чтобы каждая тысячная доля секунды тратилась с толком. И, главное, он считал, что от повышения производительности выиграют все: компании увеличат выпуск продуктов, а работники будут получать удовольствие от максимально эффективного труда.

Сегодняшним Фредериком Уинслоу Тейлором, вероятно, можно назвать Гари Вайнерчука — гуру маркетинга и влиятельного блогера, сделавшего блестящую карьеру на призывах к миллионам своих последователей поторапливаться изо всех сил. Но у Вайнерчука хватает конкурентов. Илон Маск, основатель Tesla и SpaceX, как известно, доводит себя работой до истощения и на ответственных этапах производства даже спит на полу на заводе Tesla. Марисса Майер, бывший CEO Yahoo, в 2016 году похвасталась в интервью, как она вкалывает на работе, и сказала, что трудиться по 130 часов в неделю технически возможно, «если стратегически распланировать, когда спать, когда принимать душ и сколько раз ходить в туалет».

Есть много оснований для того, чтобы отвергнуть культуру спешки. Она несет реальную угрозу физическому и психическому здоровью работников. Она наиболее благоприятствует молодым, бездетным, крепким мужчинам, у которых меньше семейных обязанностей и больше возможностей работать невероятно много и сверхурочно. И она служит подспорьем для бесчеловечных, регрессивных капиталистических настроений, способных свести на нет все усилия по созданию беспристрастной и гуманной рабочей атмосферы.

Но обратите внимание на более актуальный недостаток культуры спешки: в эпоху ИИ и автоматизации торопливость не приводит к желаемому результату. Как бы усердно вы ни трудились, вы не сможете обогнать алгоритм.

Идея о том, что мы можем перегнать машины, — не более чем соблазнительная иллюзия, ведущая свое происхождение от легенды о Джоне Генри и паровом двигателе. Но многие из самых значимых современных технологий имеют такой большой охват и подкрепляются такими вычислительными мощностями, что соревноваться с ними напрямую в принципе невозможно. Ну как может «состязаться» библиотекарь с Google в поиске информации на миллиардах интернетсайтов? Или биржевой маклер — с алгоритмом высокочастотного трейдинга, способным проанализировать миллионы транзакций в секунду? А главное, зачем это надо? Вместо того чтобы стараться обезопасить себя с помощью всевозможных ухищрений, нужно поступить как Мицуру Каваи: отказаться состязаться с машиной на ее условиях и сосредоточиться на том, чтобы оставлять свой, истинно человеческий отпечаток на всём, что мы создаем.

Иначе говоря, нет работе на износ. И да рукотворным отпечаткам.

Несколько лет назад Ян Лекун, в то время руководивший в Facebook отделом исследований в области ИИ, высказал свои соображения о ценности рукотворных отпечатков. Читая лекцию на конференции Массачусетского технологического института, он почти час рассуждал на всевозможные трудные для понимания технические темы: состязательное обучение, скалярное оценивание, многослойные сверточные нейронные сети. Но ближе к концу выступления он неожиданно заговорил о том, как все эти технологии ИИ и машинного обучения будут влиять на рынок труда. Хотя сам Лекун — технический специалист, он сказал, что оказаться в выигрышном положении в экономике будущего больше всего шансов не у программистов и специалистов по обработке и анализу данных, а у художников и ремесленников.

Чтобы пояснить эту мысль, он вывел на экран слайд с двумя фотографиями: на одной — DVD-плеер стандарта Blu-Ray, продающийся на Amazon за 47 долларов, на другой — керамическая миска ручной работы стоимостью 750 долларов. По сложности конструкции, сказал он, эти две вещи сильно различаются. Плеер — хитроумное техническое устройство из сотен деталей, собираемое роботами на современнейшем заводе, а миска — простая вещь, изготовленная из глины на гончарном круге способом, который существует уже тысячи лет. И все-таки она стоит почти в двадцать раз дороже.

Хм, посмотрите вокруг. Мы завалены потребительскими товарами, которые когда-то считались символами престижа: плоскоэкранными телевизорами, посудомоечными машинами, гидромассажными ванными. В наши дни показатель роскоши — это насколько мало технологий вовлекается в процесс изготовления потребляемых вещей. Мебель ручной работы, одежда, сшитая на заказ, оригинальные картины на стенах сигнализируют о высоком статусе, и именно потому, что в них вложено много человеческого труда.

Социологи называют это явление «эвристикой усилий», и исследователи психологии потребителей довольно много написали на эту тему. В своей книге «Могущество человека» (Th e Power of Human) Адам Вайц, психолог и профессор Келлогской школы менеджмента при Северо-Западном университете, приводит подробный список экспериментов, демонстрирующих, что люди, безусловно, предпочитают продукты и впечатления, за которыми явно стоит человеческий труд, пусть точно такие же вещи и впечатления можно получить благодаря одним машинам. Например, в эксперименте под руководством Курта Грея, профессора психологии из Университета Северной Каролины, двум группам участников раздали одинаковые пакетики с конфетами. Сладости раскладывали по упаковкам произвольно, но участникам одной группы сказали, будто для них конфеты подбирал специальный человек. Они оценили свои сладости как более вкусные по сравнению с теми, кому сообщили, что для них конфеты выбирались произвольно.

Для подготовки к будущему очень важно усвоить и применять принцип человеческого отпечатка, который гласит, что чем заметнее наш труд, вложенный во что-то, тем бóльшую ценность оно обретает. Если начистоту, мы понимаем, что ИИ и автоматизация чрезвычайно облегчат многие процессы. Доставка посылок, прогнозирование объема продаж, поездки из пункта А в пункт Б — для выполнения этих задач и тысяч других сейчас требуется много человеческого труда, но чем дальше, тем меньше будет необходимость в нём, а может, она и вовсе сведется к нулю. И людям, сегодня получающим деньги за такой труд, придется проявлять изобретательность и придумывать, как подчеркнуть ценность своего вклада.

Подробнее о книге «Устойчивы к будущему» читайте в базе «Идеономики».

Интересная статья? Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы получать больше познавательного контента и свежих идей.

Свежие материалы