€ 98.75
$ 92.25
Пол Грэм: «Проявите любопытство, и высота вырастет у вас под ногами»

Пол Грэм: «Проявите любопытство, и высота вырастет у вас под ногами»

Легендарный инвестор о том, как найти сферу со сверхлинейной прибылью и преуспеть в ней

Лидерство Саморазвитие Свой бизнес
Фото: JD Lasica/Flickr

Одна из самых важных вещей, которую я не понимал в детстве,— это возможность сверхлинейной отдачи от производительности.

И учителя, и тренеры настойчиво внушали нам, что отдача линейна. «Что посеешь, — слышал я множество раз, — то и пожнешь». Они говорили это из лучших побуждений, но линейная отдача — это редкость. Если ваш продукт лишь наполовину хуже, чем у конкурента, то вы не получите ровно половину клиентов. Вы просто не получите ни одного и вылетите из игры.

Очевидно, что в бизнесе отдача от результатов деятельности является сверхлинейной. Некоторые считают, что это недостаток капитализма, и что если мы перепишем правила, то все изменится. Но сверхлинейная доходность — это характерная особенность мира, а не результат придуманных нами правил. Мы видим одну и ту же закономерность в славе, власти, военных победах, знаниях и даже в благих деяниях. Во всех этих явлениях богатые становятся еще богаче.

Невозможно понять мир, не зная концепции сверхлинейной прибыли. И если вы амбициозны, то обязательно должны об этом знать, потому что именно эту волну вам предстоит оседлать.

Может показаться, что существует множество различных сфер со сверхлинейной доходностью, но, насколько я могу судить, они сводятся к двум фундаментальным признакам — экспоненциальному росту и пороговым значениям.

Наиболее очевидный случай сверхлинейной отдачи — это когда вы работаете над чем-то, что растет по экспоненте. Возьмем выращивание бактериальных культур. Если есть рост, то он увеличивается экспоненциально. Но вырастить бактериальную культуру непросто. А значит, разница в результатах между теми, кто умеет это делать, и теми, кто не умеет, очень велика.

Стартапы также могут развиваться в геометрической прогрессии, и здесь мы наблюдаем ту же самую картину. Некоторым удается достичь высоких темпов развития. Но большинству — нет. И в результате получаются качественно разные результаты: компании, которые быстро растут, как правило, становятся высокодоходными, а компании с низкими темпами роста, вероятно, и вовсе не выживут.

Y Combinator призывает предпринимателей ориентироваться на темпы роста, а не на абсолютные показатели. Это позволяет не отчаиваться на ранних этапах, когда показатели дохода еще невелики. Это также дает подсказку, на чем нужно сосредоточиться: темпы роста можно использовать, как компас, указывающий направление развития компании. Но главное преимущество заключается в том, что, ориентируясь на темпы роста, вы, как правило, получаете рост в геометрической прогрессии.

Фонд прямо не говорит предпринимателям, что если темп роста увеличивается, то «вы получаете то, что вкладываете», однако это недалеко от истины. И если бы темпы роста были пропорциональны производительности, то вознаграждение за производительность p за время t была бы пропорциональна p в степени t.

Даже после десятилетий размышлений над этим вопросом я нахожу эту формулу поразительной.

Когда то, как хорошо вы справляетесь, зависит от того, как хорошо вы уже поработали, вы получаете экспоненциальный рост. Но ни наша природа, ни традиции общества не готовят нас к этому. Экспоненциальный рост не кажется чем-то естественным. Каждый ребенок удивляется, впервые услышав историю о человеке, который в первый день попросил у царя одно зернышко риса, а в каждый последующий день — вдвое больше.

Конечно, то, что невозможно понять самым естественным образом, мы стараемся объяснить с помощью традиций и обычаев. Но у нас мало примеров для иллюстрации идеи экспоненциального роста, потому что в истории человечества есть немного случаев его проявления. В принципе, одним из примеров могло бы стать скотоводство: чем больше животных, тем больше у них потомства. Но на практике свободные пастбища — ограниченный ресурс, а плана как увеличить его экспоненциально никогда не было.

Точнее, не было универсального плана. Существовал способ экспоненциального роста территории — завоевание. Чем больше земель находится под твоим контролем, тем мощнее твоя армия и тем легче завоевать новые территории. Именно поэтому в истории было так много империй. Но так мало людей создавали или управляли империями, что их опыт не особенно влиял на общепринятый уклад. Император был далекой и грозной фигурой, а не примером для подражания, который можно было бы использовать.

Наиболее распространенным примером экспоненциального роста в доиндустриальную эпоху была, вероятно, система образования. Чем больше знаешь, тем легче учиться. В результате, как тогда, так и сейчас, некоторые люди оказывались поразительно более осведомленными, чем остальные, в определенных вопросах. Но и это не сильно влияло на уклад жизни. В царстве знания императоров может быть гораздо больше, так как знания усиливают друг друга. Однако, в доиндустриальную эпоху этот тип империи не имел большого практического значения.

За последние несколько столетий ситуация изменилась. Теперь императоры идей могут создавать бомбы, которые побеждают императоров территорий. Но этот феномен еще настолько нов, что мы не успели его полностью освоить. Мало кто из участников процесса даже осознает, что получает выгоду от экспоненциального роста, или задается вопросом, чему можно научиться на примере такого развития.

Другой пример сверхлинейной отдачи воплощен в выражении «победитель получает все». В спортивном матче зависимость между результативностью и победой представляет собой ступенчатую функцию. Команда-победитель получает одну победу независимо от того насколько лучше она выступила: намного или немного.

Однако источником ступенчатой функции является не конкуренция как таковая. Дело в том, что существуют пороговые значения результатов. Для их достижения конкуренция не нужна. Пороговые значения могут быть в ситуациях, когда вы являетесь единственным участником, например, при доказательстве теоремы или попадании в цель.

Примечательно, что в ситуации с одним источником сверхлинейной доходности часто встречается и другой. Преодоление пороговых значений приводит к экспоненциальному росту: победившая сторона в сражении обычно несет меньший ущерб, что повышает вероятность ее победы в будущем. А экспоненциальный рост помогает преодолеть пороги: на сетевом рынке компания, которая растет достаточно быстро, может вытеснить потенциальных конкурентов.

Слава — это интересный пример явления, сочетающего оба источника сверхлинейной прибыли. Слава растет по экспоненте, поскольку существующие поклонники приводят к вам новых. Но основная причина такой концентрации — это пороговые значения. В сознании среднестатистического человека есть ограниченный лимит числа «суперзвезд».

Самым ярким примером, сочетающим оба источника сверхлинейной прибыли, может быть обучение. Знания растут по экспоненте, но и в этом есть свои пределы. Например, научиться ездить на велосипеде. Некоторые из этих предельных значений работают как простая механика: научившись читать, вы сможете гораздо быстрее научиться чему-либо еще. Но самые важные ограничительные пороги — это новые открытия. Похоже, что знания обладают фрактальной природой, в том смысле, что если сильно сдвинуть границу одной сферы знаний, то иногда открывается целая новая область. И если вы это сделаете, то получаете права первооткрывателя на все новые достижения. Так было с Ньютоном, так поступали Дюрер и Дарвин.

Существуют ли общие правила выбора сферы со сверхлинейной доходностью? Самое очевидное из них — искать дело, которое его приносит.

Есть два пути, по которым отдача от дела может увеличиваться. Первый путь — прямой, когда хорошие результаты в одном цикле приводят к значительно лучшим в следующем. Это происходит, например, при создании инфраструктуры, увеличении аудитории или развитии бренда. Или в дело может вступить обучение, так как знания предполагают развитие. Второй случай интересен тем, что в процессе работы вам может казаться, что у вас все плохо. Возможно, вы никак не можете достичь определенной цели. Но если вы многому учитесь, то все равно получаете экспоненциальный рост.

Эта одна из причин, почему в Кремниевой Долине так легко относятся к ошибкам. Люди в Кремниевой долине не проявляют безоглядной терпимости к неудачам. Они сделают ставку на вас только в том случае, если вы будете учиться на своих провалах. Если это так, то в вас действительно стоит вложиться. Возможно, компания не развивалась так, как вы того хотели, но вы-то научились. И это, в конечном итоге, должно принести свои плоды.

Действительно, те формы экспоненциального роста, которые не связаны с обучением, настолько часто завязаны на нем, что мы, вероятно, должны рассматривать это как правило, а не как исключение. Отсюда вытекает еще одна аксиома: всегда учитесь. Если вы не стремитесь к новым знаниям, то скорее всего, ваш путь не ведет к сверхлинейной прибыли.

Но не пытайтесь оптимизировать процесс обучения сверх меры. Не ограничивайте себя изучением того, что уже известно как представляющее ценность. Вы учитесь; вы еще не знаете наверняка, что будет ценным, и если будете слишком строги в выборе, то отсечете многие возможности.

А как насчет ступенчатых функций? Есть ли еще полезные утверждения, по типу «искать пределы» или «искать конкурентную область»? Здесь ситуация сложнее. Наличие порога не гарантирует успеха. Если вы играете в русскую рулетку, вы, конечно, окажетесь в ситуации с предельными значениями, но даже в лучшем случае не преуспеете. Аналогично бесполезно участвовать в «борьбе за приз»: что если приз просто не стоит того, чтобы за него бороться? Достаточно быстрый экспоненциальный рост гарантирует и вид, и величину кривой доходности. Ведь то, что растет достаточно быстро, будет продолжать расти большими темпами, даже если сначала оно ничтожно мало, однако наличие пределов в сфере гарантирует только определенную форму на графике прибыли.

Принцип использования пороговых значений должен включать в себя проверку, позволяющую убедиться, что игра стоит свеч. Вот один из них: если вы встретите что-то, не отличающееся высоким качеством, но тем не менее популярное, то заменить его — это хорошая идея. Например, если компания выпускает продукт, от которого люди не в восторге, но все равно покупают его, то вероятно, что если вы предложите им качественную альтернативу, они ее купят.

Было бы здорово, если бы существовал способ поиска перспективных направлений в интеллектуальной сфере. Есть ли способ определить, какие вопросы могут повлечь за собой целые новые области? Я сомневаюсь, что мы когда-нибудь сможем предсказать это с уверенностью, но награда здесь столь велика, что было бы весьма полезно обладать хоть какими-то инструментами прогноза, даже если достоверность таких методов будет лишь немного отличаться от случайной догадки. И у нас есть надежда найти подобные инструменты. Мы можем в какой-то степени предсказать, когда исследовательская проблема вряд ли приведет к новым открытиям: когда она кажется закономерной, но скучной. В то же время вопросы, которые действительно приводят к открытиям, обычно кажутся интригующими, но малозначимыми. (Если бы их важность была бы очевидна, то они уже были бы известными загадками, над которыми бьются ученые). Поэтому одна из основных рекомендаций здесь состоит в том, чтобы руководствоваться любопытством, а не желанием сделать карьеру: дать волю своему любопытству, вместо того чтобы работать над тем, над чем положено.

Перспектива сверхлинейной прибыли является захватывающей для амбициозных людей. И здесь вас ждет отличная новость: эта территория расширяется в обоих направлениях. Появляется все больше видов деятельности, в которых можно получить сверхлинейную отдачу, и размер этой прибыли тоже увеличивается.

Причин тому две, хотя они настолько тесно переплетены между собой, что скорее похожи на одну: прогресс технологий и снижение значимости организаций.

Полвека назад, чтобы работать над амбициозными проектами, нужно было состоять в организации, в гораздо большей степени, чем сейчас. Только так можно было достать необходимые ресурсы, заручиться помощью коллег и получить возможность распространения. Таким образом, в 1970 году ваш успех в большинстве случаев зависел от престижа организации, в которой вы состояли. И успех можно было точно определить, потому что если вы не входили в организацию, то вряд ли многого достигли. Были исключения, прежде всего художники и писатели, которые работали в одиночку, используя недорогие инструменты, и имели собственный бренд. Но даже они находились в зависимости от организаций в плане охвата аудитории.

Мир, в котором доминировали организации, уменьшал разброс в прибыли от результатов деятельности. Однако, даже на моей памяти, этот мир значительно изменился. Теперь гораздо больше людей пользуются той свободой, которой обладали художники и писатели в XX веке. Появилось множество амбициозных проектов, не требующих большого начального финансирования, и множество новых способов учиться, зарабатывать деньги, находить коллег и аудиторию.

От прежнего мира осталось множество структур, но темпы изменений по историческим меркам весьма значительны. Особенно если учесть, что поставлено на карту. Трудно представить себе более значительные перемены, чем те, что определяют прибыль от производительности.

Без сглаживающего эффекта системы организаций, вариативность результатов будет выше. Но это не означает, что всем будет лучше: тем, у кого дела идут хорошо, будет еще лучше, а тем, у кого плохо, будет хуже. Это важный момент, который необходимо учитывать. Сверхлинейная прибыль подходит не каждому. Некоторым людям гораздо лучше быть частью организации. Так кто же должен стремиться к супердоходности? Амбициозные люди двух типов: те, кто знает, что они настолько хороши, что в мире с более высокой вариативностью окажутся в чистом выигрыше, и те, особенно молодые, кто может позволить себе рискнуть и попробовать убедиться в этом на практике.

Отход от системы организаций — это не просто массовый отток людей из существующих систем. Многие из новых победителей будут людьми, которых никогда бы не приняли ни в один из существующих институтов. Таким образом, демократизация возможностей будет более масштабной и подлинной, чем та, которую могли бы предложить сами институты.

Не все будут счастливы в мире новых возможностей. Он угрожает определенным корыстным интересам и противоречит некоторым идеологиям. Но если вы амбициозный человек, то для вас это хорошая новость. Как же воспользоваться возможностями?

Наиболее очевидный способ воспользоваться сверхлинейной отдачей от производительности — это исключительно качественная реализация. Потраченные усилия вернуться сторицей. Тем более, что в перспективе этого пути меньше конкуренция, и не только по той очевидной причине, что трудно сделать что-то исключительно хорошо, но и потому, что людей такая перспектива настолько пугает, что мало кто даже пытается это делать. А это значит, что выгодно не только делать исключительную работу, но и даже просто пытаться.

Существует множество переменных, влияющих на качество работы, и если вы хотите стать исключением, то должны учесть почти все из них. Например, чтобы делать что-то исключительно хорошо, нужно быть заинтересованным в этом. Простого усердия недостаточно. Поэтому в мире сверхлинейной доходности еще более ценным становится знание того, что вам интересно, и поиск способа реализовать это. Также важно выбирать дело, которое соответствует вашим возможностям. Например, если есть работа, которая по своей сути требует больших затрат времени и энергии, то более важным становится приступить к этому делу в молодости, когда у вас еще нет детей.

Для отличной реализации существует удивительно много техник. Это не просто вопрос усердия. Попробую дать рецепт в одном абзаце.

Выбирайте сферу, к которой у вас есть природная склонность и глубокий интерес. Выработайте привычку трудиться над собственными проектами, неважно, какими именно, лишь бы они казались захватывающе амбициозными. Работайте так много, как только можете, не перегорая, и в конце концов это приведет вас к одному из рубежей познания. Издалека эти пороги кажутся нерушимыми, но при ближайшем рассмотрении полны трещин. Заметьте и исследуйте эти пробелы, и если вам повезет, то один из них перерастет в совершенно новую область. Рискуйте настолько, насколько можете себе позволить; если вы боитесь неудачи, то, скорее всего, вы слишком консервативны. Ищите лучших соратников. Развивайте хороший вкус и учитесь на лучших примерах. Будьте честны, особенно с самим собой. Занимайтесь спортом, хорошо питайтесь и спите, избегайте зависимостей. Если сомневаетесь, следуйте за любопытством. Оно никогда не лжет и знает больше, чем вы, о том, на что стоит обратить внимание.

И, конечно, необходимо еще одно — везение. Удача — это неизменный фактор, но когда вы идете в одиночку, а не в составе системы, она становится важнее. И хотя есть несколько верных афоризмов о том, что удача — это встреча готовности с возможностью, все же существует компонент истинной случайности, с которым вы ничего не можете поделать. Решение состоит в том, чтобы предпринимать множество попыток. Это еще одна причина для того, чтобы начать рисковать как можно раньше.

Лучшим примером области со сверхлинейной отдачей, вероятно, является наука. Она отличается экспоненциальным ростом в форме обучения в сочетании с порогами крайних значений, буквально на границах познания. В результате неравенство в области научных открытий достигло такого уровня, что по сравнению с ним социальное неравенство в самых расслоенных обществах кажется незначительным. Открытия Ньютона были, пожалуй, более важными, чем открытия всех его современников вместе взятых.

Этот момент может показаться очевидным, но не лишним будет его пояснить. Сверхлинейная отдача подразумевает неравенство. Чем круче кривая доходности, тем больше разброс в результатах. На самом деле взаимосвязь между доходностью и неравенством настолько сильна, что позволяет вывести еще одну закономерность для поиска сферы такого рода: ищите области, где несколько крупнейших игроков намного опережают всех остальных. Сфера, где все получают примерно одинаковые результаты, вряд ли принесет вам сверхприбыль.

В каких областях несколько выдающихся лидеров превзошли всех остальных? Вот несколько очевидных: спорт, политика, искусство, музыка, актерское мастерство, режиссура, литература, математика, наука, создание компаний, инвестирование. В спорте этот феномен обусловлен внешними пороговыми значениями: достаточно быть на несколько процентов быстрее, чтобы победить в любой гонке. В политике власть усиливается по тем же принципам, что и во времена императоров. А в некоторых других областях успех во многом определяется известностью, которая имеет собственный источник сверхроста. Но если исключить спорт и политику, а также влияние славы, то обнаруживается удивительная закономерность: оставшийся список полностью совпадает с перечнем областей, где для достижения успеха необходимо быть независимым человеком, где идеи должны быть не только верными, но и новыми.

Очевидно, что это относится и к науке. Не стоит публиковать работы, в которых говорится о том, что уже было сказано другими людьми. Но это справедливо и для инвестирования, например. Ставка на конкретную компанию принесет дивиденды, только если большинство других инвесторов этого не делают; если все остальные считают, что дела компании пойдут хорошо, то цена ее акций уже будет отражать это, и зарабатывать на этом по-крупному будет невозможно.

Чему еще мы можем научиться в этих сферах? Во всех этих областях необходимо приложить первоначальные усилия. Сверхлинейная прибыль поначалу кажется небольшой. При таких темпах можно подумать, что я никогда ничего не добьюсь. Но поскольку кривая вознаграждения так круто поднимается к дальнему концу, стоит предпринять экстраординарные меры, чтобы добраться туда.

В мире стартапов этот принцип называется «делать то, что не поддается масштабированию». Если вы уделяете невероятно много внимания крошечному первоначальному набору клиентов, то в идеале это приведет к экспоненциальному росту за счет сарафанного радио. Но этот же принцип применим ко всему, что растет по экспоненте. Например, обучение. Когда вы только начинаете что-то изучать, вы чувствуете себя не в своей тарелке. Но стоит приложить первоначальные усилия, чтобы освоить определенный уровень, потому что чем больше вы узнаете, тем легче будет учиться.

В ряду закономерностей сверхлинейной отдачи есть еще одна важная истина: не путайте работу с занятостью. На протяжении большей части XX века эти понятия были идентичны практически для всех, и в результате мы унаследовали привычку приравнивать реализацию к наличию работы. Даже сейчас для большинства людей фраза «ваша работа» подразумевает занятость. Но для писателя, художника или ученого это означает то, что он в данный момент изучает или создает. Для таких людей их работа — это то, что с ними независимо от их места в какой-либо организации, если они вообще в них состоят. Она может быть сделана для работодателя, но является частью его портфолио.

Попасть в сферу, где несколько крупных победителей превосходят всех остальных, — это пугающая перспектива. Некоторые люди ищут такую область сознательно, но так делать совсем не обязательно. Если вы обладаете достаточными природными способностями и готовы зайти довольно далеко, следуя зову любопытства, то вы окажетесь в одной из них. Интерес не позволит вам удовольствоваться чем-то обыденным. А интересные вопросы, как правило, создают области сверхлинейной прибыли, если еще не являются частью одной из них.

Территория сверхлинейной отдачи отнюдь не статична. Более того, самые высокие доходы достигаются за счет того, что она растет. Поэтому, хотя и амбиции, и любопытство могут привести вас на эту площадку, любопытство может оказаться решающим. Амбиции заставляют вас взбираться на уже известные вершины, но если вы достаточно близко подойдете к интересному вопросу, то увидите, как новая высота сама растет у вас под ногами.

Источник

Свежие материалы