Жизнь в двух измерениях: полезно ли быть специалистом в разных областях

Жизнь в двух измерениях: полезно ли быть специалистом в разных областях

Профессор Гарвардской Школы управления им. Кеннеди Артур Брукс доказывает, что мультиспециализация — хорошая стратегия благополучия

История Саморазвитие

20 октября 1874 года в Данбери, штат Коннектикут, родился ребенок, который, повзрослев, стал одним из величайших американских композиторов классической музыки. Опередив свое время более чем на полвека, он революционным образом объединил поздний романтизм, американский фолк и авангардные техники.

В тот же день в том же городе родился ребенок, который изменил бизнес финансового планирования. Статистик, успешный страховой предприниматель и известный писатель в области финансов, он разработал гениальные продукты для страхования жизни и создал современную практику имущественного планирования.

Не случайно великий композитор и прославленный финансовый новатор родились в один день в одном месте. Это был один и тот же человек: Чарльз Эдвард Айвз.

Можно подумать, что для композитора работа страховым менеджером была просто неизбежным злом — прозаической «повседневной деятельностью», которую нужно терпеть, чтобы иметь возможность писать музыку. Айвз искренне любил музыку и с раннего детства занимался ею с огромной страстью. Но, как отмечает историк музыки Дж. Питер Буркхолдер, так же сильно он любил и страхование. По словам его делового партнера Джулиана Мирика, Айвз называл его «великой миссией»: «Полис страхования жизни — это один из очевидных способов для общества укрепить моральные мускулы и уравновесить горести». Нет никаких доказательств того, что одно занятие приносило ему больше счастья, чем другое, или что он считал что-то одно более творческим или важным.

История Айвза сегодня кажется невозможной. Большинству работников умственного труда нужно приложить огромные усилия для обучения, поэтому никто не успевает охватить две совершенно разные профессии. Молодежь учат следовать «правилу 10 000 часов» для достижения совершенства — сосредоточиться, как лазер, на одной вещи и не допускать никакой многозадачности в карьере.

Безусловно, фиксация на одном занятии — подходящая формула, чтобы добиться максимальной отдачи. Но история Чарльза Айвза — наряду с большим количеством научных данных — показывает, что гиперспециализация — не лучшая стратегия для благополучия человека. Мы гораздо счастливее, когда у нас есть множество серьезных интересов и занятий.

Развитие нескольких навыков и интересов — не то же самое, что попытки делать несколько дел одновременно или одновременно выполнять несколько задач. Было обнаружено, что многозадачность снижает производительность и качество работы. (Вопреки стереотипам, на женщин она влияет так же плохо, как и на мужчин.) Вы, вероятно, испытывали разочарование от рабочего дня, когда бывали заняты больше, чем когда-либо, но постоянно прерывались и бросались от задачи к задаче, а в конце дня ощущали, что ничего толком и не сделали.

Неудивительно, что многозадачность отрицательно отражается на счастье. В одной статье 2017 года исследователи, наблюдавшие за людьми, заявили, что выполнение работы, имитирующей многозадачность, делает людей менее спокойными, менее довольными и более тревожными. В 2015 году в Harvard Business Review ученые из Университета Пенсильвании и Университета Дюка заявили, что смена задач в относительно короткие периоды времени — от нескольких минут до часа — снижает уровень счастья и делает людей менее продуктивными.

Но когда исследователи увеличили время, которое люди могли посвятить каждой задаче, эффект счастья изменился. По мере увеличения окна эксперимента с часа до полного рабочего дня и появления более разнообразных задач, участники становились более удовлетворенными. Вывод исследователей: «Начните с планирования более разнообразных занятий на дни, недели и месяцы и устраните разброс в часах и минутах».

В книге 2019 года «Универсалы: как талантливые дилетанты становятся победителями по жизни» Дэвид Эпштейн показывает, что люди с разнообразными навыками становятся более ценными в современной экономике и, как правило, ведут более насыщенную рабочую жизнь. Это привело к тому, что некоторые ученые поставили под сомнение ценность докторской степени, а компании специально ищут разносторонне развитых сотрудников — или, как их называет писательница Эмили Вапник, «мультипотенциалов» — у которых есть множество интересов и навыков, формирующих насыщенную жизнь.

Айвз — квинтэссенция мультипотенциала — философски рассуждал о том, как разные вещи сочетаются друг с другом для улучшения жизни. «Общепринятый смысл не всегда должен быть видимой частью всего великого, — писал он. — Очевидное заблуждение, существующее достаточно долго, может стать общепринятым».

Есть старая пословица: «За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь». Возможно, это так, но тот, кто гонится за двумя зайцами, хотя бы получает удовольствие от попытки, а это, возможно, важнее для хорошей жизни. У многих моих студентов в области государственной политики и делового администрирования есть большой опыт и интерес к предметам, не связанным с их учебной дисциплиной. Мой им совет, основанный на приведенных выше истинах, — не отказываться ни от одного из них.

Интересы не обязательно должны быть похожими. В конце концов, Айвз ловил не двух зайцев — они были больше похожи на дельфина и носорога. В 1970-х годах многие социологи считали, что подобная дихотомия трудна или невозможна — что творческий талант «правого полушария» и аналитические способности «левого полушария» обычно не пересекаются. Но современные исследования мозга показывают, что активность сторон мозга одинакова, независимо от особенностей личности. У человека может быть гораздо больший интерес к музыке, чем к страхованию, или наоборот, но мозг не настроен ни на одно, ни на другое, и нет причин, по которым один и тот же человек не может хорошо справляться и с тем, и с другим.

Нельзя сказать, что человек обязательно заработает много денег в погоне за двумя зайцами. Мои студенты часто отмечают, что две профессии приносят более низкий заработок, чем сосредоточенность на чем-то одном. Исследования по этому вопросу ограничены, но они весьма правдоподобны, и не каждый может позволить себе более низкую оплату труда. Впрочем, некоторые экономисты и специалисты по инвестиционному планированию считают, что многие американцы переоценивают количество денег, которое им требуется. Множество исследований — и человеческий опыт — показывают, насколько легко желания превращаются в потребности и ведут к неустанному стремлению получить максимальный доход, который не делает вас счастливее.

Если один из ваших интересов вообще потенциально не может приносить доход, вы все равно можете заниматься им с энтузиазмом. Так было с Айвзом, который в качестве композитора зарабатывал мало и однажды беззаботно заметил: «Если [у композитора] есть хорошая жена и хорошие дети, как он может позволить детям голодать из-за его диссонансов?» В этом случае можно усердно работать, но и много времени уделять любимому занятию. Исследования показали, что высокая приверженность хобби делает досуг значительно более приятным.

Ваш интерес может также проявиться в форме серьезного изучения предмета. Мой отец, профессор математики, проявлял такой же интерес к окаменелостям и происхождению человека, как и к своей профессиональной карьере. Новые открытия гоминидов с такой же вероятностью обсуждались за ужином, как Великая теорема Ферма. Его неандертальские приятели не принесли ему ни цента, но они завораживали его, как ничто другое, и он знал столько же, сколько многие палеоантропологи. Он не мог бросить свое хобби так же, как не мог отказаться от работы.

Помимо удовольствия и счастья, погружение в различные навыки может сделать вас лучше в каждом из них. Айвз был в этом уверен. Ему часто приписывают высказывание: «Вы не можете поставить произведение искусства в угол и надеяться, что в нем будет жизненная сила, реальность и сущность. В содержательном искусстве не может быть ничего эксклюзивного. Оно исходит непосредственно из самого сердца жизненного опыта».

Возможно, поэтому мотивы двойственности так заметны в композициях Айвза. Он широко использовал битональность, накладывая музыкальные произведения друг на друга, чтобы создать уникальный звуковой опыт. Например, в «Трех местах в Новой Англии» он разбивает оркестр на две группы, каждая из которых имитирует марширующий оркестр, исполняющий разные песни. Для управления одной группой дирижер использует правую руку, для управления другой — левую, и в результате получается странная, радостная какофония звука.

Вы, как и Айвз, можете вести свою жизнь сразу в двух измерениях, создавая игривые столкновения, веселые диссонансы и неожиданные гармонии. Возможно, вы не станете следующим великим композитором, но, вооружившись формулой Айвза, вы сможете сочинить полноценную жизнь.

Источник

Интересная статья? Подпишитесь на наш канал в Telegram, чтобы получать больше познавательного контента и свежих идей.

Свежие материалы