€ 70.84
$ 64.24
Хуан Энрикез: Как люди будут выглядеть через 100 лет?

Лекции

Саморазвитие 130 Лидерство 53 Будущее 0 Свой бизнес 35 Образ жизни 15 Экономика 69 История 6

Хуан Энрикез: Как люди будут выглядеть через 100 лет?

Мы можем видоизменять бактерии, растения и животных, но можем ли мы изменять человеческое тело, спрашивает футурист Хуан Энрикез. В своем прогностическом выступлении он обозревает временной отрезок от средневековых опытов в протезировании до современной нейроинженерии и наук, занимающихся изучением искусственных ДНК. Энрикез разбирает этические вопросы, связанные с видоизменением людей, и представляет, как нам придется преобразить свои тела, чтобы исследовать и заселять места, отличные от нашей Земли

Хуан Энрикез
Будущее

Перед вами важный вопрос. [Этично ли изменять человеческое тело?] У нас начинают появляться средства, чтобы видоизменять наши тела. А также бактерии, растения и животных. Мы приближаемся к тому моменту, когда нельзя не спросить: этично ли и хотим ли мы видоизменять человека? А пока вы размышляете над этим, позвольте мне взглянуть на это в контексте протезирования в прошлом, настоящем и будущем. Это железная рука, принадлежавшая одному из немецких графов. Он любил сражения и потерял руку в одном из них. Не проблема — он просто сделал себе броню и надел ее. Идеальный протез. Отсюда происходит идея о правлении «железной рукой».

Конечно, подобные протезы становились все функциональнее, все современнее. Вы можете держать яйцо, сваренное всмятку. Вы можете управлять протезом как угодно. Есть замечательные люди, такие как Хью Герр, создающие совершенно удивительные протезы. Так, прекрасная Эйми Маллинз, собираясь на прогулку, задумывается: «Какого роста я хочу быть сегодня?» А он: «Какую скалу я хочу покорить?» А может, кто-то хочет пробежать марафон, а кто-то — пойти на бальные танцы? Интересно, что по мере освоения протезов, их стали перемещать внутрь тела. На смену внешним протезам пришли искусственные колени, искусственные бедра. Их развитие дошло до того, что теперь они не просто удобны, а необходимы. Так что, когда речь идет о таком протезе, как кардиостимулятор, вы говорите уже не что-то вроде «мне не хватает ноги», а «без этого я умру». На данном этапе протез начинает существовать в симбиозе с человеческим телом.

Четверо умнейших людей из тех, что я встречал: Эд Бойден, Хью Герр, Джо Джейкобсон, Боб Ландер, — работают в Центре экстремальной бионики. Интересно, что протезы теперь интегрируют в кости, вживляют в кожу, в мышцы. Эд к тому же занимается тем, что придумывает, как соединить мозг с протезами напрямую, используя свет или другие механизмы. Если это удастся сделать, появится возможность изменить основные свойства человека.

Скорость реакции зависит от диаметра нервных окончаний. И конечно, если у вас искусственные нервы, скажем, со светом или жидким металлом, вы можете увеличить диаметр нерва. Теоретически, его можно увеличить настолько, что, увидев выстрел, вы сможете уйти с траектории полета пули. Таков масштаб изменений, о которых я говорю.

Это, можно сказать, четвертый класс протезов. Это слуховые аппараты Phonak, интересные тем, что они пересекают черту, до которой протезы — для людей с «ограниченными возможностями», становясь тем, что и «здоровый» человек может захотеть приобрести, поскольку они дают интересные возможности. Они не просто помогают лучше слышать, вы можете направлять свой слух и слушать разговор вон там. Вы получите суперслух. Или сможете слышать на 360° градусов. Или слушать белый шум. Вы можете записывать звук, к тому же они добавили туда телефон. Так что они работают и как слуховой аппарат, и как телефон. Кто-то добровольно может захотеть такой протез.

Тысячи едва связанных элементов собираются вместе. Наступает время задаться вопросом: «Каким мы хотим видеть человека через век или два?» За этим мы обратимся к великому философу, обладавшему недюжинным умом, несмотря на то, что он болел за Yankees. Йоги Берра говорил, что очень трудно делать прогнозы, особенно о будущем. Вместо того, чтобы сразу предсказывать будущее, взглянем на происходящее сегодня с такими людьми, как Тони Атала, переделывающим 30 с лишним органов. Возможно, дело не ограничивается титановыми протезами снаружи тела. Возможно, в итоге мы будем брать свой генетический код, изменять части своего тела, потому что это эффективнее любых протезов.

А пока давайте рассмотрим работу Крэйга Вентера и Хэма Смита. В числе прочего мы пытаемся разобраться, как перепрограммировать клетки. Умея перепрограммировать клетку, можно изменять клетки в органах. Научившись изменять клетки в органах, мы, вероятно, сможем делать их устойчивыми к радиации. Или научим поглощать больше кислорода. Или эффективнее фильтровать вещества, ненужные нашему телу. В течение прошлых недель в новостях очень часто показывали Джорджа Черча, говорившего о том, что можно взять одну из этих программируемых клеток и поместить весь человеческий геном в нее целиком. А как только вы научились делать это, вы начнете задумываться, не улучшить ли вам какую-нибудь часть этого генома? Не улучшить ли вам человеческое тело? Как бы вам хотелось это сделать? Когда этично улучшать человеческое тело и когда это делать неэтично?

И внезапно в нашем распоряжении оказывается этакая многомерная шахматная доска, где мы можем менять генетику человека, натравливая вирусы на такие вещи, как СПИД. Или менять генетический код посредством генной терапии, чтобы избавиться от каких-то наследственных недугов. Или можно изменить среду обитания и то, как эти гены проявляются в эпигеноме, и передать изменения грядущим поколениям. И внезапно это не какая-то мелочь, а куча мелочей, которые можно отбирать порциями, пока все порции, сложенные вместе, не образуют нечто совершенно иное. И многих людей это очень пугает. Это и правда звучит пугающе, это рискованно.

Так с чего бы нам этим вообще заниматься? Зачем нам изменять человеческое тело кардинальным образом? Частично на вопрос ответил лорд Рис, королевский астроном Великобритании. Он любит говорить, что Вселенная на 100% зловредна. Что это значит? Это значит, что если взять наугад любое из ваших тел и бросить куда угодно во Вселенной, бросить в космос, то вы умрете. Бросить на Солнце — умрете. Бросить на поверхность Меркурия — умрете. Бросить возле сверхновой звезды — умрете. К счастью, это верно лишь для 80% случаев. Как когда-то сказал один великий физик, существуют биологические водовороты, наводящие порядок в стремительном потоке энтропии. Пока Вселенная рассеивает энергию, эти водовороты определяют биологический порядок. Проблема водоворотов в том, что они исчезают. Они движутся. Они перемещаются в реках. И когда водоворот перемещается, когда Земля замерзает, когда Земля раскаляется, когда в Землю врезается астероид, когда у вас есть супервулканы, когда происходят солнечные вспышки, когда происходят события, чреватые массовым вымиранием, — такие, как грядущие выборы, — тогда все живое может периодически вымирать. Кстати, с Землей это случалось пять раз, поэтому весьма вероятно, что человечество как вид однажды исчезнет с лица Земли. Не через неделю, не через месяц, возможно, в ноябре, а может, 10 000 лет спустя.





Если подумать о последствиях, если вы верите, что вымирания типичны, естественны, нормальны и периодически происходят, наш моральный долг — разнообразить наш вид. Это моральный долг потому, что нам будет очень сложно жить на Марсе без значительного изменения человеческого тела. Правда? Одна клетка, сделанная мамой и папой, каскадом превращается в 10 триллионов. Мы не знаем, будет ли наше тело формироваться таким же образом после значимого изменения гравитации. Мы знаем, что если подвергнуть наши тела в их нынешнем виде сильному облучению, мы умрем. Если подумать об этом, нам придется заметно видоизмениться, только чтобы освоить Марс, не говоря уже о спутниках Нептуна и Юпитера. По примеру Николая Кардашева давайте подумаем о жизни как о шкале.

Представители Цивилизации I типа изменяют свой внешний вид. Мы занимаемся этим тысячи лет. Мы подтягиваем животы, делаем это, делаем то. Мы меняем облик, и я слышал, что не все изменения вызваны медицинской необходимостью. Это кажется странным. Цивилизация II типа — другая. Ее представители изменяют фундаментальные характеристики тела. Например, дают человеку гормон роста, и он становится выше, или еще что-то, чтобы человек стал полнее или лишился метаболизма, или много чего еще сделал, но функции организма кардинально изменяются.

Чтобы освоить Солнечную систему, нам нужно будет создать Цивилизацию III типа, а она выглядит совершенно иначе, чем все нам известное. Возможно, мы будем вживлять бактерии, чтобы клетки по новой могли соединяться после сильного облучения. Возможно, мы будем дышать, пропуская кислород через кровь, а не через легкие. Но это очень радикальные изменения, и одним из интересных событий в прошлом десятилетии было то, что мы обнаружили множество планет далеко от нас. Некоторые, возможно, подобны Земле.

Проблема в том, что если мы захотим добраться до этих планет, у наших быстрейших аппаратов — «Джуно», «Вояджера» и других подобных, уйдут десятки тысяч лет, чтобы достичь ближайшей планетной системы. И если вы хотите исследовать пляжи где-то там или лицезреть закат двух солнц, то вы думаете о чем-то совершенно ином, потому что нам придется изменить временную шкалу и тело человека, возможно, до полной неузнаваемости. И это Цивилизация IV типа. Мы даже не можем вообразить, как это будет выглядеть, но мы начинаем видеть очертания инструментов, способных доставить нас даже настолько далеко.

Позвольте, я приведу два примера. Это великолепный Флойд Ромсберг. В числе прочего Флойд занимается тем, что экспериментирует с базовой химией жизни. Все живое на этой планете формируется A-T-C-G, кирпичиками ДНК. Все бактерии, растения, животные, люди, коровы и все остальное. Флойд же изменил две из составляющих, чтобы получилось A-T-X-Y. Это значит, что так появляется еще одна система создания жизни, рождения детей, размножения, эволюции, которая не сопрягается со многим на Земле или даже ни с чем на Земле. Возможно, у вас будут растения, устойчивые к бактериям. Возможно, у вас будут растения, устойчивые к вирусам. Но чем это так интересно? Это значит, что мы не уникальное решение. Это значит, что можно создавать организмы, отличные от нас, которые бы легко адаптировались к совершенно иным планетам, создавали бы жизнь и рождали потомков.

Второй эксперимент или другое следствие первого касается того, что все живое формируют 20 аминокислот. Если не менять аминокислоты и создать комбинацию A-T-C-G + X-Y, а не A-T-X-Y, то число строительных блоков увеличится с 20 до 172.

Вы внезапно получите 172 строительных блока аминокислот, чтобы создавать из них совершенно иные формы жизни. Второй эксперимент довольно необычен, и он проходит в Китае. Этот парень пересадил сотни мышиных голов. Так? Чем интересен этот эксперимент? Подумайте о первых опытах пересадки сердца. В числе прочего они приводили жену и дочь донора, чтобы человек, получивший его сердце, ответил, узнает ли он их, любит ли их, чувствует ли к ним хоть что-то. Сейчас нам это кажется смешным. Мы знаем, что сердце — всего лишь мышца, но сотни или десятки тысяч лет мы говорили: «Я отдал ей свое сердце. Она разбила мне сердце». Мы думали, что в нем эмоции и что они передаются вместе с сердцем. Но нет. Как насчет мозга? Возможны два результата. Получив мышь, способную функционировать, можно увидеть, чист ли новый мозг. Последствия этого довольно серьезны.

Второй вариант: новая мышь узнает Минни Маус. Новая мышь вспоминает, чего боится, как пройти через лабиринт. Если случится так, значит, память и сознание можно трансплантировать. Тогда возникает интересный вопрос, если это можно трансплантировать, может ли служить устройством ввода-вывода только то, что ниже? Или можно трансплантировать сознание во что-то совершенно другое, приспособленное к космосу, способное существовать десятки тысяч лет, что будет полностью переделанным телом, способным хранить в себе сознание в течение очень долгого времени.

Давайте вернемся к первому вопросу: зачем нам вообще это делать? А я скажу вам зачем. Потому что таково наше общее селфи. Это фото сделано с расстояния в почти 10 млрд км, и на нем планета Земля. На нем мы все. И если эта штуковина пропадет, пропадет и все человечество. И менять человеческое тело нужно для того, чтобы в итоге увидеть картинку, на которой мы будем здесь, здесь и здесь, потому что это единственный способ избежать вымирания человечества. По этой же причине на самом деле неэтично не менять тело человека, пусть даже это страшно и непросто. Но это даст нам возможность исследовать, жить и бывать в местах, о которых мы сегодня и не мечтаем, но наши прапраправнуки могли бы.

Перевод: Полина Гурина
Редактор: Анна Котова

Источник

Свежие материалы