Site icon Идеономика – Умные о главном

Творческое озарение одиночества: неожиданные плюсы изоляции

Фрагмент картины Эдварда Хоппера «Воскресенье»

«Человеческая социальность уникальна. Большую часть жизни мы проводим с другими людьми, — говорит профессор медицины, психиатрии и биоповеденческих наук из Калифорнийского университета Стив Коул. — Большая часть наших занятий связана с другими людьми». Но у одиночества есть и положительные стороны, особенно для творческих личностей. Мучения, которые мы испытываем в отсутствие человеческих связей, делают нас внимательными наблюдателями: мы обращаем внимание на тонкие детали, которые обычно остаются незамеченными. Часто это вызывает дискомфорт, ведь мозг одинокого человека видит угрозу и социальное отторжение даже в безобидных встречах. Но с другой стороны, это может привести к креативным открытиям.

Выживание нашего вида основано на связи — люди могут быть какими угодно, только не одинокими. В результате, по словам Коула, одиночество или острая нехватка социального взаимодействия и родственных связей вызывает первобытные тревожные звонки. «Одиночество заставляет нас тосковать друг по другу и учит эффективно функционировать в этих больших группах, — говорит он. — Можно считать это такой же адаптивной мотивационной стратегией, как жажда или голод, которые сообщают нам, когда нужно попить воды и поесть».

Художник Эдвард Хоппер, который часто ассоциируется с одиночеством из-за его картин, изображающих городские пространства и одинокие фигуры, сам был довольно закрытым человеком, говорит исполнительный директор Дома-музея Эдварда Хоппера в Наяке Дженнифер Паттон. «Он не любил многих людей, и большинство людей его тоже недолюбливали, — рассказывает она. — Он не очень-то умел держать себя в обществе». Но при этом Хоппер видел то, чего не видели другие, и одержимо рисовал сцены и детали, которых многие просто не замечали.

Для писательницы Оливии Лэнг время, проведенное в Нью-Йорке, стало периодом одиночества. И в этом состоянии ее потянуло к искусству, которое исследует эмоции, в частности к шедевру Хоппера «Полуночники». «Художники, с которыми я столкнулась в одиноком городе, помогли мне не только понять одиночество, но и увидеть в нем потенциальную красоту и то, как оно стимулирует творчество всех видов», — пишет она в «Одиноком городе», любовном письме к «странному и прекрасному состоянию».

Оказаться в таком состоянии — даже если творческий человек намеренно стремится к одиночеству — некомфортно. Но есть способы справиться с ним, включая поиск положительных моментов, что и делала Лэнг.

Прощайте себя

Потеря не только физических связей с близкими, коллегами и друзьями, но и чувства общности, возникающего при движении в толпе, болезненна. Технологии несколько смягчают это ощущение — благодаря креативному использованию Zoom, Hangouts и текстовых сообщений можно поддерживать связь с друзьями и коллегами.

Но цифровые инструменты — плохая замена физическому общению. С экрана труднее воспринимать язык лица и тела, еще труднее достичь чувства единства, порождаемого личным опытом нахождения в одной физической реальности. Кроме того, через экраны нельзя прикоснуться друг к другу, а это, по словам Коула, «удивительно мощная форма общения». Физический контакт с друзьями, любимыми, знакомыми и даже незнакомцами снижает уровень кортизола и облегчает беспокойство. «Это один из фундаментальных сигналов, которые использует наш организм, чтобы определить, все ли в порядке — связаны ли мы с другими клетками метаорганизма нашего сообщества», — говорит Коул.

Чтобы справиться с этим, нужно просто признать, что нам не хватает прикосновений и это влияет на способность сосредотачиваться и творить. Лично меня также утешает осознание того, что рассеянность и печаль, которые я испытываю не только потому, что скучаю по семье или друзьям, но и потому, что не могу спокойно находиться в толпе, — универсальны и заслуживают признания.

Работайте над чем-то большим

По словам Коула, один из лучших способов борьбы с одиночеством — это стремление к более масштабной цели, в идеале той, что требует совместной работы и сотрудничества. Когда внимание сосредоточено на общем видении, это разрушает самокритичные, деструктивные петли одинокого мозга, позволяя нам ослабить бдительность и реинтегрироваться в социальную сеть.

Технологии помогают делать это удаленно. Для многих из нас работа — единственная отдушина. С помощью цифровых инструментов можно устроить мозговой штурм с коллегами и совместно двигаться к общим целям. Или начать амбициозный сторонний проект, который принесет большую пользу. Регулярные обсуждения долгосрочного проекта — это один из способов почувствовать связь с другими людьми вне повседневной жизни.

Для многих мотивирующей большой целью служит искусство, пусть и связанное с одиночеством. Как рассказывает Лэнг в «Одиноком городе», она не была счастлива одна в Нью-Йорке, но опыт, хотя и неприятный, а иногда и болезненный, был поучительным и богатым на вдохновляющие связи и идеи, о которых она никогда раньше не задумывалась.

Обращайте внимание

В детстве Хоппер бродил пешком по своему маленькому родному городу Наяк, наблюдая за происходящим. (После смерти Хоппера в Музее Уитни остались тысячи набросков того времени — лодок, людей, рук, сигарет — бесконечная череда запечатленных деталей.)

Позже он стал путешествовать дальше. Случались у него и гламурные поездки за границу, такие как серия визитов в Париж в начале 1900-х годов. Но обычно все было прозаичнее. В Нью-Йорке Хоппер любил кататься на метро. «Он всегда был начеку — если мог рисовать в вагоне метро, он это делал», — говорит Паттон.

«Те из нас, кому посчастливилось изолироваться дома, сохранили редкое достояние: время».

В последние несколько недель Паттон обнаружила, что все больше погружается в окружающую среду, как художник, с работами которого она проводит свою рабочую неделю. Если раньше ей приходилось куда-то все время спешить — отвезти ребенка в школу и заставить себя работать — то теперь все стало намного спокойнее. В Долине Гудзона весна, и она впервые за долгое время увидела цветение магнолии и вишни. «Я никогда не обращала внимания на погоду так сильно, как сейчас, — говорит она. — Я не так часто хожу в продуктовый магазин, мне некуда торопиться. Куда бы я ни пошла, чтобы подышать свежим воздухом, не так важно, зачем я туда иду». Отсутствие цели оставляет пространство для наблюдений: свет, температура, архитектура, например, дом Тюдоров в соседнем квартале, который она никогда раньше не замечала.

Подруга-писательница испытала то же самое. Когда ее мир сузился до квартиры и ближайших окрестностей, она начала замечать архитектурные детали, которые раньше обходила в спешке стороной. Приходя домой, она изучает разные истории, например, историю ухоженного особняка, который когда-то принадлежал богатому производителю пианино. Иногда попадание в рамки не так уж и плохо для новых направлений исследования. Ее жизнь стала более сдержанной, но вопросы и озарения не угасают.

Источник

Exit mobile version