Почему злиться полезно: вся правда о позитиве на работе
Саморазвитие

Почему злиться полезно: вся правда о позитиве на работе

Автор Quartz Мередит Беннет-Смит рассказывает, почему грубость и раздражение — это здорово, а улыбки и вежливость осложняют жизнь

На мой день рождения в этом году коллеги сделали мне сюрприз. Придя на работу, я увидела десятки сослуживцев, одетых в точности, как я, включая мои фирменные аксессуары: фланелевая рубашка, бейсбольная кепка — и угрюмый вид.

У этой истории два вывода. Во-первых, у меня на самом деле внимательные и своеобразные коллеги. Во-вторых, мое привычное раздражение настолько заметно, что стало моей отличительной чертой.

Я была немного сконфужена этим. В конце концов, я, как и множество начинающих работников, считала, что основной способ получить и сохранить хорошую работу — это упорный труд и хладонокровная любезность. Не припомню, кто первым высказал идею, что нужно стараться приходить на работу с улыбкой, но это весьма соответствует тому набору общественных нравов, которые воспитываются в молодых людях — и особенно женщинах — с юных лет.

Много лет я была уверена, что эмоциональная честность — это то, что лучше всего оставлять дома. Но по мере развития карьеры и моей уверенности в себе я начала осознавать, что сдерживать свои настоящие чувства весьма изнурительно и вовсе не так уж необходимо. Я, конечно, не говорю, что люди должны быть грубы или ругаться друг с другом на работе. Но я чувствую, что есть что-то зловещее в корпоративной культуре позитива.

Руководство может думать, что кабинет, полный улыбающихся сотрудников, — это признак продуктивного успешного офиса. Но исследования показывают, что принуждение работников демонстрировать большую доброжелательность и радость, чем они на самом деле ощущают, имеет куда больше негативных последствий — от эмоционального выгорания до увольнения. А женщины особенно страдают от того, что вынуждены постоянно демонстрировать счастье.

В 2017 году нет ни одной причины ухмыляться и терпеть это. Во-первых, исследование Мюнхенского технического университета выяснило, что женщинам реже предлагают повышение до управленческих позиций, если они притворяются слишком жизнерадостными. (Вот вам еще один великолепный пример «уловки-22», с которыми женщины сталкиваются на работе ежеденевно.) Исследование также показывает, что пессимистичный взгляд на жизнь может способствовать большей продуктивности, меньшему количеству ошибок и лучшим коммуникационным навыкам. Другими словами: угрюмые сотрудники всего мира, объединяйтесь.

Тирания производительности

Если кажется, что в последнее время ваши начальники были чрезмерно озабочены вашим счастьем и счастьем ваших коллег, то, скорее всего, вы правы. Как утверждает английский социолог и экономист Уильям Дэвис в своей книге «Индустрия счастья» (The Happiness Industry), современная одержимость позитивом на рабочем месте — это относительно новое явление, вызванное исследованиями, связывающими производительность работников с их счастьем. В этом контексте стремление повысить удовлетворенность сотрудников выглядит обоюдовыгодным для сотрудников и руководителей. Но Дэвис объясняет, что корпоративные стратегии счастья могут быстро вызвать обратный эффект.

«Аргументом в пользу продвижения счастья на работе всегда была прежде всего производительность, — отмечает он. — Работодатели ищут различные способы повысить моральный дух и улучшить настроение сотрудников или, если не получается, дать им инструкции относительно того, как вести себя в духе позитива. Я думаю, это наболее ярко проявляется в Америке, где оптимизм и уверенность в себе — почти моральные обязательства. Но это касается не только США».

В зависимости от того, где вы работаете, усилия по повышению морального духа могут включать в себя все, что угодно — от угощения работников бесплатным мороженым по пятницам до инструкций барменам имитировать жизнерадостность во время ранних утренних смен. Эти мелкие и манипулятивные пути к счастью почти наверняка не смогут изменить ситуацию в долгосрочной перспективе. Но даже более утонченные и благие намерения — например, предоставление технологий, позволяющих легко работать из дома, — могут стереть важные различия между работой и личной жизнью.

«Я считаю, что хороший баланс может быть достигнут, когда работодатель искренне симпатизирует сотрудникам и понимает нерабочие проблемы, с которыми они сталкиваются, а также признает, что у них есть жизнь вне работы, — говорит Дэвис. — Работодатели не должны сводить все к вопросам производительности, должны уважать разделение работы и личной жизни».

Исследование также полагает, что принуждение к имитации счастья в течение длительных периодов времени может привести к проблемам с физическим и эмоциональным здоровьем, от депрессии до сердечно-сосудистых заболеваний. Сьюзан Дэвид, психолог медицинской школы Гарварда и автор книги «Эмоциональная сноровка» (Emotional Agility), подробно рассказала об опасностях простого «надевания» улыбки по утрам. По ее словам, борьба с негативными эмоциями или подавление их не сделает нас счастливее.

«Люди, которые стараются демонстрировать счастье, на самом деле в большинстве случаев менее счастливы, — говорит Дэвид. — Често говоря, я не противник счастья. Но счастье должно быть не целью, а результатом того, что мы честны сами с собой».

В то же время Дитер Запф, руководитель кафедры трудовой и организационной психологии в Университете Франкфурта-на-Майне, провел тысячи интервью с работниками службы поддержки, которые вынуждены скрывать свои истинные эмоции от клиентов. Он обнаружил, что подавление эмоций ведет к фрустрации, выгоранию и даже депрессии.

«Мы называем этот тип имитации эмоций «эмоциональным диссонансом», — пояснил Запф в международном медицинском журнале BMJ. — Мы выяснили, что количество времени, фактически уделенное клиентам, не имело значения при измерении уровня стресса, в отличие от количества времени, когда работники вынуждены были демонстрировать эмоциональный диссонанс».

Похожее исследование, опубликованное в 2011 году в журнале Academy of Management, заключает, что натянутая улыбка на работе может стать причиной ухудшения настроения и привести к увольнению. Также там отмечается, что женщины, которые пытаются подавлять негатив, чувствуют себя хуже, чем мужчины. Авторы исследования отмечали в New York Times, что причиной тому служат культурные нормы: так как «женщины по природе своей более эмоционально выразительны… подавление эмоций может вызвать больше напряжения».

Смотреть на жизнь исподлобья и чувствовать себя отлично

С другой стороны, есть много причин, в силу которых раздражительность может быть полезна. Судя по исследованиям, в то время как позитивность может сделать нас более продуктивными, раздражительность и цинизм также имеют множество преимуществ.

Во-первых, небольшое чувство подавленности может сделать некоторых людей более внимательными к деталям. Джозеф Форгас — профессор психологии в Университете Нового Южного Уэльса и эксперт по тому, как эмоции могут влиять на познавательные способности. Его исследование утверждает, что навыки коммуникации и критического мышления могут улучшаться, когда повышается уровень счастья. (Замечу: эти навыки имеют большое значение в моей ежедневной работе в качестве редактора и писателя. Еще один балл на счет угрюмых журналистов.)

Форгас говорит, что связь между раздражением и внимательностью имеет эволюционные предпосылки.

«Слегка плохое настроение выступает слабым сигналом опасности, информируя нас о том, что мы столкнулись с новой, непривычной и потенциально проблематичной ситуацией, поэтому подсознательно мы становимся более внимательными и сконцентрированными», — говорит он. Другими словами, плохое настроение может сделать нас более наблюдательными, побудить уделять большее внимание деталям.

Форгас замечат, что его определение «слегка плохое настроение» должно пониматься как «нормальная, ежедневная вариация настроения, с которой мы сталкиваемся множество раз в повседневной жизни — небольшие изменения эмоционального тона в ответ на то, что происходит вокруг». Такие изменения настроения могут быть вызваны множеством обычных вещей — Форгас приводит в качестве примера погоду. Моя раздражительность на работе обычно возникает из-за таких провоцирующих факторов, как дедлайны, но также я заметила, что даже необдуманное погружение в Twitter может спровоцировать эмоциональный всплеск.

Исследования Форгаса согласуются с экспериментами, проведенными в 2007 году двумя психологами из Калифорнийского университета в Санта-Барбаре. Это исследование показало, что гнев запускает аналитические процессы, и что злые люди лучше способны различать слабые и сильные аргументы, чем люди в нейтральном настроении. По предположению авторов исследования, это объясняется тем, что раздражение стимулирует эффективный и аналитический способ обработки информации.

Таким же интригующим кажется потенциальное влияние раздражительности на творчество. Опять же, есть много исследований, связывающих оптимизм с творчеством. Но исследователи также обнаруживают, что злость может подтолкнуть людей к нестандартному мышлению. По крайней мере, такую теорию выдвинул Маттис Баас, доцент кафедры трудовой и организационной психологии Университета Амстердама.

В исследовании 2009 года он провоцировал группу студентов на то, чтобы разозлиться, а затем тестировал их творческие способности при помощи специальной игры. «Злая» команда смогла придумать больше идей, и, что важно, их идеи были более оригинальными.

«Злость приводит к большей креативности (впрочем, только в небольших дозах), — объясняет Баас. — Это потому, что злость стимулирует и заряжает энергией».

Кроме того, Баас также заметил, что творческая встряска, провоцируемая злостью, не обязательно бывает устойчивой. «Злость изматывает. Поэтому хотя злые люди изначально генерируют больше креативных идей, в конечном итоге их производительность падает».

Улыбки радуют окружающих

Последний кусочек пазла раздражительности, на мой взгляд, связан с гендерными различиями. Мы наблюдаем множество грубых мужчин, занимающих высокие позиции — тут вспоминается Джефф Безос. Но женщины на вершине — когда они туда попадают, — должны придерживаться позитивной линии поведения. Бесцеремонность и стервозность — это рецепт быстрого падения. Возьмите, к примеру, бывшего исполнительного директора New York Times Джилл Абрамсон, которая недавно рассказала Лене Данем, что люди иногда считали ее жуткой, потому что она прямолинейна. Явные амбиции или неспособность придерживаться обычных тонкостей — привелегия, которую не многие женщины могут себе позволить.

Мелисса Слоан, профессор социологии Университета Южной Флориды, провела несколько исследований в отношении способов, которыми женщины регулируют свои эмоции. Исследования Слоан показывают, что женщины, которые подавляют свои истинные эмоции, часто чувствуют себя менее счастливыми. Такой результат гораздо более вероятен, если женщины работают в сфере интерактивных сервисов или имеют темный цвет кожи.

То, что женщины (и иногда мужчины) должны расходовать энергию, регулируя свои эмоции, чтобы окружающие ощущали себя определенным образом, называется эмоциональным трудом. По словам Эшли Мирс, доцента социологии в Бостонском университете, изучающей пересечение культуры и рынков, эмоциональный труд был впервые упомянут социологом Арли Хошильдом после изучения тренингов по управлению эмоциями для бортпроводников в 1970-х. Понятие рассматривает способы, которыми компании могут использовать женские эмоции и получать прибыль, демонстрируя заботу о других.

Хотя первоначально эмоциональный труд изучался в отношении женщин в сфере услуг, он в разной степени применяется к женщинам во всех профессиях, отмечает Мирс. Разница заключается в том, что у «белых воротничков», как правило, меньше сценариев, которым сотрудники должны следовать. Вместо этого, говорит Мирс, существует «самостоятельный эмоциональный труд. Его можно было бы назвать просто двойной работой женской природы — женственность делает две работы из одной».

Сопротивление грубиянов

Все работники (но женщины в особенности) выигрывают, когда их эмоциональное благополучие не диктуется корпоративными властителями и им не манипулируют ради выгоды компании. Но я также понимаю, что я — одна из тех счастливчиков, которые могут сохранять эмоциональную честность на рабочем месте.

Как и Мелисса Слоун, Мирс отмечает, что бремя эмоционального труда чаще всего ложится на плечи людей рабочего класса: «Женщинам-профессионалам, вероятно, гораздо проще быть грубыми, чем женщинам, работающим в обслуживании, — такая часть классовой привилегии быть профессионалом».

Тем не менее, если я не могу полностью победить патриархат, я могла бы обратиться к моей вечно недовольной персоне. Потому что независимо от того, что придумывали бывшие начальники, заставляя уголки моего рта подниматься на длительные периоды времени, это никогда не делало меня лучше — или быстрее — в моей работе.

Оригинал

Quartz 3 мая 2017

Мы могли что-то пропустить.
Присылайте ссылки на интересные материалы
и новости, сделаем «Идеономику»
лучше вместе.

Введите слово на картинке в поле под ней
captcha

×